— Я ничего не буду говорить без своего адвоката, — повторил Кахилл.

Билл дёрнул наручники, так что они впились мужчине в кожу. Кахилл зажмурился от боли. Райли вслед за ними вышла из дома.

— Эй! — резко сказала она.

Билл повернулся и посмотрел на неё. Райли ничего не сказала, но своим видом показала ему, что не собирается снова мириться с его поведением. Билл зло покачал головой.

Райли беспокоилась — и не только за Билла. Кахилл реагировал на всё довольно прохладно. Если он действительно их убийца, он точно знает, как вести себя. Доказать что-либо будет непросто.

И девушек они могут так и не найти.

Глава шестнадцатая

Райли чувствовала себя не в своей тарелке. Они с Биллом сидели рядом с комнатой для допросов в местном отделении полиции. Они провели здесь уже полчаса, пока Кахилл беседовал с предоставленным ему юристом.

Кахилл пока не сказал им ни слова, но они немного побеседовали с юристом, прежде чем он пошёл в комнату для разговора со своим клиентом. То был местный общественный адвокат — коренастый парень среднего возраста по имени Руди Дункельберг.

Райли сразу почувствовала, что Дункельберг не какая-то деревенщина с лицензией юриста. Он знал своё дело. Он тут же понял, что Джейсона Кахилла собираются обвинить в чём-то большем, чем просто наезд на человека и сокрытие с места преступления. Даже больше: он понял, что Кахилла подозревают в совершении тройного убийства, о которых уже стало известно общественности.

И Райли знала, что будет дальше. Дункельберг сделает всё, чтобы Кахилл ничего не сказал об убийствах — даже ему самому. И это злило Райли, хотя она и понимала, что Дункельберг всего лишь выполняет свою работу.

— Терпеть не могу этих юристов, — пробормотал Билл.

— И я, — согласилась Райли. — Но мы должны как-то исправить ситуацию.

Билл озабоченно покачал головой.

— Райли, я не знаю, долго ли ещё выдержу, — сказал он. — Я должен закрыть это дело. Я должен его остановить.

— Мы должны закрыть это дело, — поправила его Райли. — И при этом мы не должны нарушать правила.

Дверь в комнату допросов открылась, оттуда выглянул Дункельберг и сказал:

— Теперь вы можете войти.

Райли с Биллом вошли в комнату и села за стол напротив Кахилла и его адвоката. Кахилл всё ещё казался странно безэмоциональным. Райли повидала немало психопатов-убийц со схожим отсутствием чувств.

На столе перед Кахиллом лежало рукописное письмо.

— Мой клиент готов признаться, — объявил Дункельберг.

— Он что? — недоверчиво выговорил Билл.

— Мистер Кахилл сейчас зачитает своё признание, — сказал Дункельберг.

Он кивнул клиенту, выражение лица которого всё ещё не изменилось. Кахилл начал медленно читать, голос его оставался ровным:

— Прошлой ночью я был в Гленбурне, что в пятидесяти километрах от Ольмана, — читал он. — Я играл в покер с друзьями, с которыми шесть лет назад учился в колледже.

Дункельберг перебил его:

— Мой клиент с радостью предоставит вам их имена и контакты. Продолжайте, мистер Кахилл.

— Мы играли практически всю ночь. Я покинул игровой зал около пяти тридцати утра. Я находился в состоянии сильного алкогольного опьянения. У меня не было нужды садиться за руль, но я всё же решил вернуться домой на машине. Около шести утра перед моей машиной я увидел женщину. Я не успел остановиться вовремя и сбил её.

Кахилл сделал паузу.

— Я запаниковал, — продолжал он. — Я не мог соображать ясно. Меня уже пару раз штрафовали за вождение в пьяном виде, и я боялся, что меня снова оштрафуют. Но мне не хотелось бросать девушку прямо на дороге. Я поднял её и положил сзади в автомобиль. Я отвёз её в больницу и оставил там.

Кахилл откашлялся.

— К тому времени, когда я вернулся домой, я протрезвел. Я уже лучше соображал. Я понимал, что совершил ужасную ошибку. Я не мог заснуть. Когда пришли агенты ФБР, я как раз решил, что должен сдаться.

Снова повисло молчание.

— Я искренне сожалею о том, что сделал, — сказал он в заключение своей речи.

Дункельберг сказал:

— Это всё, что мой клиент желает сказать в этот раз. Как вы видите, он отдаёт себя в руки правосудию, — он передал Кахиллу карандаш. — Теперь он должен лишь подписать своё признание.

— Погодите, — бросил Бил. — Он не подпишет это.

Райли поняла протест Билла. Совершая признания в возможно ложном проступке, Кахилл мог оказаться вне зоны их досягаемости. Но она понимала, что они с Биллом ничего не смогут сделать, чтобы остановить его.

И всё же, у неё была идея.

— Одну минуту, — сказала она. Она достала мобильный телефон и вывела на экран изображения мест преступления и жертв убийств.

Она показала Кахиллу изображение истощённого трупа Метты Луной.

— Вы узнаёте эту женщину? — спросила она.

На этот раз выражение лица мужчины изменилось, хотя совсем слабо, но всё равно заметно. Она пролистнула серию фотографий Метты Луной, пока не пошли изображения Валери Брунер.

— Это вам о чём-то говорит? — спросила Райли.

Лицо Кахилла расслабилось, глаза его забегали.

— Отвечай на её вопрос, чёрт побери! — заорал через стол Билл.

Райли сильно ткнула его локтем.

— Мне бы хотелось переговорить со своим партнёром наедине, — сказала она.