Читаем Когда боги смеются полностью

- А сегодня какой день, четный или нечетный? - спросила Ольга, сосредоточенно наморщив лоб.

- Сегодня среда.

- Тогда ты.

Она составила грязные тарелки в раковину и вдруг возмущенно всплеснула руками.

- Ах ты хитрюга! Так вот почему ты предлагал пойти в ресторан! А еще наивным прикидывался, про романтический порыв что-то плел, притворялся, что не помнишь, кому посуду сегодня мыть! Пашка, я тебя знаю столько, сколько на свете живу, не пытайся меня провести.

Павел покорно повязал передник и взял в руки губку.

- Ладно, - со вздохом пообещал он, - не буду пытаться.

После ужина они посмотрели по телевизору французский фильм и разошлись по своим комнатам спать.

- Лёлька, - сказал на прощание Павел, целуя Ольгу в щеку, - ты самая лучшая женщина на свете. Все мои бабы мизинца твоего не стоят. Когда-нибудь я напишу трактат на тему о том, что такое настоящая любовь.

"Что такое настоящая любовь? - мысленно спрашивала себя Ольга, постепенно проваливаясь в мягкий уютный сон. - Пашка счастливый, он уже знает это. А я, дурочка, все ищу чтото, все перебираю, выбираю..."

Середина июля неотвратимо надвигалась, до крайнего срока уплаты налогов оставалось всего полтора месяца, а Чистякову так и не удалось собрать нужную сумму. В январе он честно пришел в налоговую инспекцию и подал декларацию о доходах в размере сорока шести тысяч долларов. Ему насчитали такую сумму налога, что впору было идти и вешаться: все эти сорок шесть тысяч за небольшим исключением поступили от зарубежных университетов и издательств на валютный счет Чистякова в "Инкомбанке", который благополучно лишился лицензии и не выдал доверчивым вкладчикам ни копейки. Всю осень, зиму и весну Настя и Алексей жили в режиме жесточайшей экономии, отказывая себе порой даже в необходимом. Чистяков хватался за любые предложения прочитать платные лекции, Настя же, не имея никакой возможности подрабатывать. вносила посильный вклад в общее дело тем, что перешла на более дешевые сигареты и отвратительный кофе, который стоил существенно меньше, нежели ее любимый "Капитан Колумб". Они очень, очень старались, но все равно...

На 1 июня до необходимой суммы им не хватало 90 тысяч рублей, что в переводе на общепонятный валютный язык означало 4000 долларов. И где ж взять такую сумму обычному старшему оперу с Петровки, 38, и профессору, служащему в госучреждении? Вопрос, ответа не имеющий.

Настя с мужем готовились к последнему отчаянному рывку. Сегодня полковник Гордеев пообещал отпустить Настю в отпуск с 10 июня, и она уже успела позвонить в издательство. где обычно подрабатывала переводчиком во время отпусков. Чистяков тоже взял отпуск и собирался заняться репетиторством, готовя абитуриентов к вступительным экзаменам по физике и математике.

- Лешик, ура! - закричала Настя, врываясь в квартиру. - Колобок меня отпустил!

- Ну слава богу, - облегченно вздохнул Алексей. - А в издательство ты звонила?

- Конечно. Они обещали сегодня-завтра перезвонить мне и сказать, какая есть работа. Лучше бы нашлось что-нибудь французское, все-таки я этот язык лучше знаю, но в крайнем случае возьмусь за английскую книжку или за итальянскую. А как твои успехи?

- Пока никак, но информацию я запустил, будем ждать, когда она принесет свои плоды.

Алексей забрал у нее сумку и невольно охнул.

- Господи, Ася, что у тебя там? Ты стащила со стройки вагон кирпичей?

- Словари купила. Когда Колобок милостиво соизволил удовлетворить мою нижайшую просьбу об отпуске в нарушение графика, я на радостях помчалась в книжный магазин посмотреть новые издания всяких полезных словарей. Ну и купила, разумеется, не смогла удержаться.

- Дорогие? - подозрительно спросил Чистяков, с грохотом ставя сумку на пол.

- Ну Леш... - заныла Настя, - ну это же для работы.

- Мотовка, - с улыбкой сказал он, - пользуешься тем, что я не могу на тебя сердиться. Будем ужинать, или сначала в душ полезешь?

- В душ, - проворчала она, раздеваясь. - Глаза б мои этот душ не видели.