Читаем Кодекс бесчестия полностью

В конце рабочего дня Мамаев позвонил ему, чтобы узнать, что конкретно сделано. Секретарша сказала, что генерал выехал на происшествие. Мамаев приказал передать, что ждет звонка. Генерал позвонил в десятом часу вечера. Как Мамаев и предполагал, ничего сделано не было, так как произошло ЧП и генералу пришлось...

- Когда произошло ЧП? - перебил Мамаев.

- В восемнадцать пятнадцать.

- А до этого? Времени не хватило? Времени, я спрашиваю, не хватило?

- Не дави! - прикрикнул генерал. - В масть тебе это ЧП. Ищем твоего Калмыкова. В Сокольниках была попытка похищения его сына.

Мамаев похолодел.

- Попытка? - переспросил он внезапно севшим голосом.

- Ну да. Сорвалась. Охранник помешал.

- Какой охранник?

- Из какого-то частного агентства. Случайно оказался на месте. Маленький, стервец, но действовал ловко. Двух быков отключил. А вот что было дальше, пока загадка.

- Что было дальше?

- Пять трупов. Пять! Что делается в Москве, что делается! Мурманские бандиты, из ОПГ Грека. Один в джипе сгорел, троим шеи свернули. Как куренкам...

- Кто? Кто им свернул шеи?

- Неизвестно. Никто никого не видел. А вот сам Грек... Тут вообще какая-то ерундовина.

- Какая, твою мать, ерундовина?

- Он сидел в тачке на просеке. Метрах в пятистах от двора, где все произошло. Наши опера не сразу его нашли. Потом какой-то мужик позвонил, сказал, что видел подозрительную машину. Кинулись, а в ней Грек. Ждал, скорее всего, когда притащат парня. И, видно, переволновался.

- И что?

- Инфаркт.

- Инфаркт?!

- Представь себе.

- Кто заказал похищение - узнали?

- У кого? Трупы! Их не допросишь. Так что ищем Калмыкова. По подозрению в причастности. Он может знать, кому и зачем нужен был его сын. Как только найдем, сразу пустим в ход твои документы.

- По подозрению в причастности, - повторил Мамаев. - Я, конечно, в ваших делах не разбираюсь...

- Приятно слышать, - хохотнул генерал. - Хоть кто-то не разбирается. А то все, понимаешь, разбираются!

- Но кое в чем все-таки разбираюсь, - продолжил Мамаев. - Помнишь, что произошло пятнадцатого сентября в районе мурманской ИТК-6? Видел сводку?

- Ну, видел.

- Помнишь, что в ней было?

- Ну, помню. Четыре трупа. У двоих профессионально сломаны шеи, а у двоих... Погоди. Погоди, Петрович! Что ты этим хочешь сказать?

- Ничего. Только одно. В тот день Калмыков вышел из лагеря.

- Но... Но это же... Да нет, чепуха! Инфаркт - совпадение! Конечно, совпадение!

- Какой инфаркт? - рявкнул Мамаев. - Шеи сломаны, а не инфаркт!

- Понял, - сказал генерал. - Все понял. Объявляю "Перехват". Немедленно. Есть основания. Слушай, Петрович... Что за тип твой Калмыков, а? Откуда он взялся? Откуда он такой взялся?

Не ответив, Мамаев швырнул трубку.

Ну что за страна! Что за долбанная страна! Никто ничего не хочет делать. Никому ничего нельзя поручить. Никому, ничего, ни за какие бабки! Зона - вот лучшее политическое устройство для этой страны. Да, зона!

Зона! Зона! Зона!

С большим трудом Мамаев заставил себя вернуться к делу.

Пять трупов. Это хорошо. Никого допросить не успели. Тоже хорошо.

Инфаркт у Грека. У этого здоровенного сорокалетнего бугая. Инфаркт. Менты обнаружили его уже мертвым. Значит, ничего сказать не успел. Уже легче.

Охранник. Из частного агентства. Случайно оказался на месте. Случайно?

Мамаев потянулся к телефону, чтобы перезвонить генералу и выяснить, что это за охранник, но остановил себя. Нельзя.

Поручить Тюрину навести справки? Нет, тоже нельзя.

Нельзя обнаруживать своего интереса к этому делу. Ни перед кем. Это дело его не интересует. И не может интересовать.

Мамаев вдруг почувствовал, что смертельно устал.

К черту. Домой. Спать.

Всякий раз, когда Мамаев выходил из офиса к поданному Николаем "Мерседесу", дежурный охранник почтительно открывал перед ним дверцу. Но этим вечером к машине подскочил какой-то парень в черном плаще, до этого стоявший у входа с дежурным, услужливо распахнул заднюю дверь "Мерседеса" и негромко сказал:

- Владимир Петрович, можно вас на два слова?

- Запишись на прием, - буркнул Мамаев. - Есть порядок.

- Вы меня не узнали? Я из службы безопасности. Дежурил на Малых Каменщиках. Вы приказали мне допросить сантехника.

- А, ты! Что у тебя?

- Не здесь. Владимир Петрович, не здесь! - умоляюще проговорил охранник и испуганно оглянулся по сторонам.

- Что с тобой? - удивился Мамаев.

- Расскажу. Все расскажу! Только давайте отъедем!

- Ну, садись. Он юркнул в салон и вжался в угол.

На темной Москворецкой набережной Николай остановил машину и хотел выйти, но Мамаев задержал его и кивнул охраннику:

- Докладывай. При нем можно. В чем дело?

- Мы узнали, кто был земляк, который бухал с сантехником.

- Долго же вы его пытали!