Читаем Код расплаты полностью

– А это еще что такое? – Подняв трубку, Бобровский громко произнес: – Слушаю… – Некоторое время он продолжал молчать, все более хмурясь, после чего ответил: – Ты уверен, что это именно тот хакер, что взломал «Империал»? Фамилия, говоришь, Гуревич… Значит, нашли? Ладно, хорошо, я все понял. – Отключив телефон, подполковник небрежно положил его на кипу бумаг. – Вот что, Игорь, – обратился он к таможеннику, продолжавшему стоять в дверях в ожидании. – Не нужно никаких полицейских, все выяснилось. Это не он. – Вытащив паспорт, он протянул его Никодиму. – Возьмите. Недоразумение вышло. Все в порядке, мы вас спутали с другим человеком.

– А я и не сомневался.

– Вы ничего не везете запрещенного?

– Меня уже об этом спрашивали, – сердито отвечал Никодим и с облегчением спрятал паспорт во внутренний карман куртки. Преодолена еще одна неприятность, по-настоящему можно будет вздохнуть только тогда, когда он окажется в салоне самолета. – Я не занимаюсь незаконными делами.

– Что ж, вы свободны, желаю вам приятного полета.

Никодим Панкратов вышел из комнаты в сопровождении все того же таможенника.

– Тюбик-то вернешь? – угрюмо спросил Никодим.

Губы таможенника растянулись в бедовой ребячьей улыбке:

– Забирай! Пускай эмигрирует. В мужской красоте крем после бритья – вещь не последняя.

Дарья, уже прошедшая таможенный контроль, сидела на стуле в зале ожидания и, вцепившись руками в белую кожаную сумочку, с волнением посматривала в их сторону. Никодим ободряюще улыбнулся, давая понять, что все проблемы разрешены. Уверенно прошел таможенный контроль и подошел к девушке:

– Все! Теперь только посадка.

– Я так за тебя волновалась. Что они спрашивали?

– Сказали, что ошиблись. Гуревича уже вычислили, если бы этого не произошло, то взялись бы за меня.

Через десять минут объявили о посадке. Держась за руки, Дарья с Никодимом встали в конец длинной очереди, энергично потянувшейся в сторону широкого гофрированного рукава, соединявшего с самолетом зал ожидания. Стюардессы, как всегда, милы и с профессионализмом небесных фей одаривали каждого пассажира по улыбке. Вот всю жизнь бы так, чтобы кругом были одни светящиеся лица!

Заняли в самолете свои места, и Никодим незаметно для себя самого, видно, под воздействием накопившихся переживаний, мягко погрузился в глубокий сон. Открыл он глаза только тогда, когда самолет пошел на посадку. Рядом безмятежно посапывала Дарья (ее можно было понять).

Приятный голос капитана судна, извещавшего о посадке, заставил пробудиться всех сразу: застывшие тела зашевелились, сбрасывая с себя покрывала; иные удобно рассаживались в кресле; третьи в ожидании чудес поглядывали в окно.

Шасси мягко стукнулись упругой резиной о взлетную полосу, тем самым отметив новый рубеж в его жизни.

– Ты что-нибудь чувствуешь? – повернулся Никодим к девушке.

– Я чувствую, что все будет хорошо, – отыскала она его руку. – А еще я знаю, что мы будем счастливыми.

– Когда ты так решила?

– Честно?

– Хотелось бы.

– Как только тебя увидела.

– Знаешь, у меня такое же ощущение. Главное, что все плохое осталось позади.

Пискнул телефон, оповестив о сообщении. Нажав на кнопку, Никодим прочитал: «С благополучным приземлением, жду тебя в зале прилета. Все идет по плану, Виталий».

А вот за это персональное спасибо!

Вышли из самолета и вместе с группой пассажиров зашагали в сторону выхода. Благополучно миновали паспортный контроль, отстояв короткую очередь, и заспешили в сторону багажного отделения, осознавая, что все неприятности остались в прошлом. Когда пересекали большой светлый зал, двое полицейских, стоявших у противоположной стены, перебросились парой фраз, лениво, не обращая внимание на остальных спешащих пассажиров, зашагали к ним навстречу. Их интерес можно было бы принять за случайность, если бы не одна особенность: в расправленных спинах и в походке отсутствовала показная небрежность, в каждом движении, во взмахе рук, даже в повороте голове просматривалась готовность к активным действиям.

– Кажется, эти двое полицейских идут прямо к нам.

– Я тоже это заметила, – натянутым голосом проговорила Дарья.

– Спокойно, только не нервничай, – попридержал Никодим Дарью. – Постарайся быть естественнее.

– Сделаю все, что смогу. Что за тенденция такая, чтобы задерживать в аэропорту.

– Место удачное, никуда не скроешься. Наверняка уже перекрыты все выходы.

Полицейские, встав на пути, терпеливо поджидали, когда они приблизятся. Не было смысла сворачивать, а может, они только того и ждали, чтобы потом повалить на кафельный пол и, заломив руки за спину, увести под охраной куда-нибудь в каталажку. Поставив сумку на пол, Никодим нацепил на лицо добродушную улыбку и произнес:

– Что-нибудь не так, господа? Мы только что прошли паспортный контроль.

– Нам это известно, – ответил крепко сбитый полицейский с русой, коротко стриженной бородкой. Потеряв интерес к Никодиму, с холодной улыбкой обратился к Дарье: – Позвольте ваши документы.