Читаем КОАПП! КОАПП! КОАПП! Выпуск 4 полностью

Мартышка. То есть как — если жив? О каком соседе вы говорите?

Сайка. Из квартиры рядом, я туда заглянула спросить, как там с водой, вижу — хозяин в ледяной ванне, еле плавниками шевелит. Чего вы всполошились? Все закономерно: сосед мой — Ципринодон, привык жить в калифорнийских горячих источниках…

^{Слегка остывший самовар — вполне подходящий аквариум для рыбы ципринодона, обитательницы калифорнийских горячих источников.}

Человек. Я знаю эту рыбку — она приводит в изумление биологов: трудно понять, как ей удалось приспособиться к такой высокой температуре — почти шестьдесят градусов!

Сайка. Мне этого тоже не понять. Зато к ледяной воде Ципринодону приспособиться не удалось, а горячая у него не идет. Вот Карась, Линь — другое дело: выдерживают перепады температуры в десятки градусов, а Ципринодон… такого неженку я еще не встречала: никакой закалки, сразу окоченел! Так что у вас, скорее всего, освободится еще одна квартира. Во всем надо находить хорошие стороны.

_{Всеобщее негодование.}

Ладно, ладно, я пошутила — жив Ципринодон, я его к себе перетащила, в горячей ванне отошел…

_{Все вздыхают с облегчением.}

Ну, я поплыла. (Удаляясь.) Приплывайте в отпуск ко мне в Заполярье — жизнерадостность, моральный подъем…

Гепард. Я уже испытываю моральный подъем — от одной мысли, что, возможно, и в других квартирах…

Стрекоза (приближаясь). Я узнала, узнала, кто выходил на балкон и делал нам знаки — это была Гаттерия, а по-другому ее зовут Туатара!

^{Гаттерия, она же туатара, ютится обычно в одной норе с буревестником. Впрочем, слово «ютится» здесь, кажется, неуместно: похоже, что они живут вместе не из-за нехватки жилплощади, а потому что извлекают от своего соседства какую-то пользу. Какую? Вот этого пока никто не знает…}

Удильщик. Ну как же — помню: очень странное существо, похожее то ли на большую ящерицу, то ли на маленького крокодила. Мы еще удивлялись, что на затылке у нее третий глаз. Родом она, кажется, из Новой Зеландии, правильно?

Стрекоза. Да, Удильщик, она там жила в очень стесненных условиях, в одной норе с Буревестником — все гаттерии так живут.

Сова. Зато таперича у ей квартира отдельная.

Кашалот. Притом на последнем этаже — воздух, обзор!

Рак. Одним воздухом сыт не будешь, а спускаться каждый раз за продуктами…

Стрекоза. Особенно когда лифт не работает… Гаттерия просила принести ей немножко улиток и червей, надо ей помочь — она такая престарелая, настоящее живое ископаемое!

Человек. Она древнее даже первобытных ящеров — динозавра, бронтозавра, диплодока… Гаттерии жили на Земле уже двести миллионов лет назад и с той поры почти не изменились.

Мартышка. Послушайте, надо немедленно призвать детей взять шефство над живущими в нашем доме одинокими беспомощными стариками!

Кашалот. Обязательно, Мартышка… (Замечает слетевшую откуда-то сверху птичку.) Ага, вон летит какой-то малыш…

Сова. «Малыш»… Да таких большущих воробьев, как этот, я еще и не видывала.

Мартышка. Это вовсе не Воробей, Сова, а Медоуказчик, его вся Африка знает.

Гепард. Африканцы зовут его медоуказчиком-кукушкой — за то, что он подбрасывает яйца другим птицам.

Медоуказчик. Далеко не всяким, Гепард, лично я доверят воспитание своих птенцов только ближайшим родственникам — дятлам. Правда, есть медоуказчики, которые поручают своих наследников заботам камышовой, славок, мухоловок… Мне кажется, это рискованно. Чему они могут там выучиться? Ловить мух? Не-ет, подобрать подходящего репетитора — дело чрезвычайно ответственное: дети так восприимчивы, из них можно лепить что угодно, как из воска.

Кашалот. А почему вы не лепите сами?

Медоуказчик. Не хватает времени — я целиком посвятил себя служению обществу, разумеется, бескорыстному служению. Вот и сейчас: я не ваш жилец — казалось бы, какое мне дело до вашего дома? Но я не посчитался со временем и прилетел сообщить вам: на девятом этаже, где малогабаритные квартиры…

Стрекоза. У нас там пчелиные соты. Ну и что?

Медоуказчик. Стенки чересчур тонкие.

Кашалот. Слишком большая слышимость?

Медоуказчик. Речь идет не о слышимости, а о видимости. Что это за стенки? Одна видимость — смотреть не на что! Воску пожалели.