Читаем Книжная девочка полностью

Сильно пузатая (на восьмом месяце) Виноградова появлялась по вторникам и пятницам. Рассказывала о себе: как тошнило, давала потрогать колыхающийся живот: "Вот пинается, поросенок". Живописно расписывала походы в женскую консультацию, ела принесенные для Арины фрукты, зевала, прикрывая рот распухшей рукой: "Вот разнесло, так разнесло! Кто бы мог подумать. Я вешу целую тонну"! Смеялась и жаловалась: "Таки все же зарегистрировались, оштамповались. Уговорил. Жажду, мол, законного ребенка"! Георгина, невзлюбившая бывшую чемпионку, демонстративно доставала из тумбочки номер "Космополитена" и углублялась во вдумчивое перелистывание страниц. Видимо две большие обезьяны, претендующие на лидерство, друг друга сразу узнают и на дух не выносят. Алена прониклась схожими чувствами, но вела себя ни в пример миролюбивей, очевидно состояние сказывалось.

— Стишки сегодня по радио читали с утра. Наши местные поэты. Все муть какая-то. А одна девушка ничего себе. Грустные правда очень, но со смыслом. Я одно запомнила и записала. Рванула за ручкой, чуть не шлепнулась. Торопилась, пока оно звучит в голове, не забылось. Сейчас, как же там. Всего четыре строчки.

— Вам странно видеть меня пузатой?

А я — отращиваю младенца.

Он шевелится в моей утробе

Под сердцем.

Георгина фыркнула и поджала губы.

— А кто автор? Не помнишь?

Вежливо поинтересовалась Родионова

— Помню. Наталья Майлсон.

— Не может быть!

— Она такая лиричная! И вдруг — "пузо", "утроба"? Не похоже.

Заявила Георгина, отложившая журнал, перепалки ради.

— Нет. Я ничего не путаю.

Окрысилась располневшая чемпионка.

— И, вообще, некогда мне тут с вами… дискутировать. Обедать пора.

Она встала, Арина удержала ее за руку. Нисколько не стесняясь соседки, ткнулась лбом в горячую распухшую ладонь.

— Я вела себя весь год хуже свиньи. Прости… Если бы не ты. Что бы было с бабусей? Со мной? Видишь, как все обернулось, Виноградина. Прости. Я сама не своя из-за… Федора. Узнала случайно, и…

Она в первый раз за долгие месяцы сознательно произнесла вслух заветное имя.

— Из-за Федора? Из-за него? Так у вас же и не было ничего??

— Не было. Но я теперь не знаю, как мне быть дальше. Правда…

Алена прижала руки к животу.

— И не говорила ничего. В самом деле — свинья!

— Да.

— Ладно я пойду. Ты тут лежи, болтай. Обойдется со временем. Забудется. Придумаем что-нибудь. Вместе. Бывай. Я не знала.

— …

Дверь захлопнулась, сузив больничный мирок до крошечных размеров.

— Ага. Все-таки мужчина.

— Да.

— А почему отпиралась?

— Не могу говорить о нем… всуе. Больно.

— Больнее держать все в себе. И труднее, кстати.

— Георгина, а вы любили кого-нибудь. Так, чтобы все не жаль отдать?

— Так любят в сериалах латиноамериканских и романах Джудит Макнот. В жизни все пошлее и обыкновеннее. Жилплощадь, прописка, зарплата или ее отсутствие и прочая и прочая. Я верю в хороший секс, в дружбу, в расчет, в интриги, в скуку, но в Любовь… Решительно — нет! Почитай Козлова. Необыкновенный психолог. Очень талантлив. Хочешь скажу и принесут пару книг?

— Да.

— Как грустно звучит твое да. Глубокий минор.

— Я пессимистка.

— Пора учить Козлова наизусть. А ты что читаешь все время, записи имею в виду?

— Дань Шеня.

— Зачем российскому человеку китайская философия? А? На хрена козе баян? Карма, сансара, сахасрара, нирвана, махаяна… тьфу. Зачем? Свихнулись все на восточной почве. Мода.

— Нет, почему, при чем здесь…

— При том. Мода. Медитация. Эзотерика. Буддизм. Как ни попадется дивное говно — непременно духовной практикой занимается и Рерихов под подушкой держит. Полное собрание. Послушаешь, ну такие все… продвинутые, ах, боже мой! Задвинутые! С немытыми жопами и сальными волосами, а дома и вовсе грязь непролазная.

Арина поняла, что обнаружила у неуязвимой директрисы пунктик. Георгина Пантелеймоновна еще долго бушевала, понося любителей восточной философии. Но постольку, поскольку Арина отказалась бросаться на амбразуру и защищать Высшие Ценности, битва не состоялась. Георгина еще бурчала какое-то время. А перед глазами задремавшей девушки возникла лукавая и неотразимая улыбка Брюса Ли. "Выигранный бой — это бой, которого удалось избежать!"

***