Читаем Книга тайн полностью

В описываемый нами день его на яхте не было, и это подарило ему еще шесть с половиной лет жизни…(Он умрет 25 апреля 1928 г. в Брюсселе от банального гриппа в сочетании с туберкулезом и нервным расстройством.)

К стенам древнего Царьграда, а в ту пору Константинополя (ныне Стамбул), барона Врангеля и его армию привело поражение в Гражданской войне. В ночь на 12 ноября 1920 г. Красная Армия под командованием Фрунзе взяла последние рубежи белой обороны в Крыму, после чего началась спешная эвакуация врангелевских войск с полуострова.

Свыше 145 тыс. человек погрузились на корабли и суда и взяли курс к берегам Турции, согласившейся принять изгнанников. Через три дня армада из 126 вымпелов прошла Босфор и встала на якорь на стамбульском рейде. Начались переговоры о размещении армии.

Нет необходимости говорить об этом подробно, отметим лишь, что в самом Константинополе расквартировался только штаб Врангеля — около тысячи офицеров, солдат и казаков. Однако к моменту, когда произошло событие, о котором пойдет речь, свиту главкома составляло лишь его ближайшее окружение, размещавшееся частью в русском посольстве Стамбула, частью — на яхте «Лукулл», ставшей, по сути, резиденцией Врангеля. Это судно было единственным осколком врангелевского флота (остальные корабли и суда ушли в уплату за содержание армии в турецких эмиграционных лагерях) и в первоначальном своем виде представляло шхуну. Ее построили в Англии в 1866 г., а в 1890-м она была куплена Россией и под названием «Колхида» включена в состав Черноморского флота. Через семнадцать лет шхуну переделали в яхту и передали в распоряжение российского посла в Константинополе. Переименованная в «Лукулл», она до осени 1920 г. выполняла задачи посыльного судна, а затем в составе врангелевской эскадры прибыла к берегам Босфора. Роскошно отделанная дорогими сортами дерева, с комфортабельными каютами и салонами, яхта не могла не привлечь внимание Врангеля, который и сделал ее своей штаб— квартирой.

Находясь в изгнание он не оставлял мысли о продолжении борьбы с большевиками, а потому дни напролет проводил на «Лукулле» всевозможные встречи, совещания, заседания, на которые прибывали не только командиры расквартированной в Турции белой армии, но и представители иностранных государств. Случалось, что Врангель неделями не покидал яхту. Именно это обстоятельство и побудило впоследствии некоторых исследователей (в основном из числа апологетов белого движения), говорить, что такое положение вещей открывало неограниченные возможности для организации покушения на Врангеля. Дескать, враги генерала, зная о его чуть ли не постоянном пребывании на яхте, не могли не воспользоваться этим. Но что же произошло?

Напомним, что был день 15 октября 1921 г.

К пяти часам пополудни на стамбульском рейде царило послеобеденное сонное спокойствие. Ничто окрест не предвещало беды, и когда в проливе Босфор показался идущий с северо-востока пароход, никто не обратил на него особого внимания. Лишь вахтенные на военных кораблях, соблюдая требования службы, отметили, что он назывался «Ария» и шел под итальянским флагом. Миновав контрольный пункт у так называемой Леандровой башни возле азиатского береге Босфора, пароход направился к причалам Галаты, торгового квартала на европейской стороне Стамбула, однако в четверть шестого внезапно изменил курс и, оставив на левом борту броненосец «Дуильо» и крейсер «Кардифф» устремился на большой скорости прямо на «Лукулл», стоявший а бочках в 3 кабельтовых к северо-западу.

Когда до яхты оставалось не больше 200 м, все поняли, что столкновения не избежать. Мичман Сапунов, вахтенный офицер «Лукулла», приказал выбрасывать за борт кранцы; на самой «Адрии» застопорили ход и отдали оба якоря, но это не спасло положения — так и не погасивший инерцию пароход ударил «Лукулл» в левый борт. Форштевень «итальянца» пробил его и застрял в корпусе яхты, но пароход тут же дал задний ход и освободил форштевень. В пробоину хлынула вода, и «Лукулл» ушел на дно буквально за несколько минут. Лишь благодаря слаженным действиям команды и подоспевшей помощи удалось избежать больших жертв — погибли всего три человека: мичман Сапунов, кок и один из матросов. По прихоти судьбы, ни Врангеля, ни его жены в этот день не было на яхте. Они находились на берегу, а потому остались целы и невредимы (так как удар форштевня «Адрии» пришелся точно по тому месту в борту «Лукулла», где располагалась каюта Врангеля, он и его супруга вполне могли погибнуть).

В ходе расследования никаких отягчающих обстоятельств, говорящих о вине капитана «Адрии», не обнаружилось (машина парохода, как мы помним, была застопорена, а якоря отданы), и дело признали бесперспективным, обусловленным стихийными факторами, в частности, наличием сильных течений (что тоже было правдой, в свое время доказанной будущим адмиралом С. О. Макаровым, занимавшимся гидрографией Босфорского пролива).