Читаем Книга тайн полностью

Вот уже почти два десятилетия в России продолжается целенаправленное оплёвывание советского периода нашей истории. Усилиями «демократических» писателей и журналистов ниспровергнуты и оболганы все — учёные и выдающиеся люди труда, литераторы и первопроходцы, руководители производства и военачальники. Оказывается, что атомную бомбу мы не создали вполне самостоятельно, а украли у американцев; что Шолохов был не великим писателем, а жалким плагиатором; что знаменитый шахтёр Алексей Стаханов — вовсе не зачинатель мощного рабочего движения, а своего рода штрейкбрехер; что эпопея челюскинцев — глупейшая затея, вызванная к жизни не энтузиазмом масс, а потребностями коммуно-тоталитарного государства. И т. д. И т. п.

Но особенно досталось армии. Все её победы объявлены мифическими, а полководцы— фигурами дутыми и даже …несуществующими.

Здесь нет никакого преувеличения. Именно «мёртвым душам» в Красной Армии была, например, посвящена в 1991 году статья безымянного автора в еженедельнике «Собеседник», озаглавленная «просто, но со вкусом»: «Щорса-то не было!». Её автор, побоявшийся даже подписать свой опус, категорически утверждал: Николая Щорса, прославленного начдива времён Гражданской войны, просто-напросто не существовало. Он — лишь фантом, порождение убогой коммунистической идеологии.

Ложь — самое действенное оружие «демократических» писателей и журналистов. Их ржавые перья способны воспроизвести любую клевету, любую подлость, любую фальсификацию. В 90-е годы в другой «демократической» газете «Московский комсомолец», специализирующейся на дешёвых скандалах и секс-рекламе, был злобно оболган ещё один военачальник Гражданской войны — Григорий Котовский. Автор публикации то ли в раже ненависти к Советской власти, то ли просто потому, что получил приличный куш, рассказал изумлённым читателям, как в 1920 году, в Одессе, комбриг Котовский перед каждым утренним чаепитием срубал для поднятия тонуса несколько белогвардейских голов. Благо их у него было предостаточно — взяв лихой кавалерийской атакой город, Котовский захватил в нем немереное количество пленных, которых ему и поставляли, что называется, к завтраку.

Ложь чудовищная, но на это и расчёт, поскольку обыватель «клюёт» именно на грандиозность, комичность лжи. А то, что в природе имеется документ, напрочь отвергающий россказни автора «МК», последнего нисколько не смутило. Он был, видимо, уверен, что этот документ никогда не попадёт в поле зрения его респондентов.

Документ, о котором идёт речь, — книга небезызвестного Василия Шульгина «Дни. 1920». Она — свидетельство очевидца, поскольку в 1920 Шульгин, депутат Государственной Думы, ярый приверженец монархии, попал в плен именно к Котовскому, о чём и написал в своей книге, ни на одной странице не упомянув о фактах жестокого обращения котовцев с пленными.

Но вернёмся к Щорсу. Аноним из «Собеседника» объявив его «мёртвой душой», по своему невежеству, конечно, не знал, что не является здесь пионером. Превратить Щорса в призрак пытались ещё в 1919 году, сразу после его смерти. И надо сказать — удачно, поскольку забвение длилось целых 16 лет, до 1935 г ода, когда о Щорсе вдруг вспомнили. И сделал это не кто другой, как Сталин. В означенном году в разговоре с кинорежиссёром Довженко он сказал, что неплохо бы создать фильм об «украинском Чапаеве» — Щорсе.

И Довженко снял такой фильм с известным артистом Евгением Самойловым в главной роли. Фильм имел большой успех, но ситуация вокруг его героя омрачалась тем, что никто в стране не знал в точности ни как погиб Щорс (киношная версия сразу же подверглась сомнению), ни где он похоронен. Впрочем, это не совсем точно. Существовал узкий круг людей, которым было известно о Щорсе всё, но эти люди помалкивали, поскольку являлись непосредственными устроителями заговора молчания вокруг Щорса. Чтобы понять тайные пружины этого заговора, надо вернуться к тем временам, когда Щорс ещё не был начдивом-44, проследить его путь от окопов Первой мировой войны до рокового дня 30 августа 1919 года.

Рекомендуя Довженко поставить фильм об «украинском Чапаеве», Сталин ошибался в определении национальных корней Щорса — он был белорусом. Но это стало известно лишь в наши дни, так что простим генсеку его неточность. Да, Щорса родила белорусская земля, а «украинцем» он стал лишь потому, что в своё время на Украину, в Черниговскую губернию, переселился из Минска его дед. На Черниговщине прошли молодые годы Щорса, а когда его призвали в армию, он проявил недюжинные военные способности и дослужился до чина штабс-капитана.