Читаем Книга превращений полностью

– Я знаю, каково это, когда тебя судят, – буркнул тот. – Девочка хорошо себя зарекомендовала. Единственное, что по-настоящему имеет значение, – это хорошо сделанная работа.

– Только люди в этом городе не всегда так думают, вот в чем беда, – сказал Фулкром.

– Ладно, снявши голову, по волосам не плачут, – заявил Вулдон. – Лучше уж дело делать, чем сидеть тут и гадать, что о нас подумают.

– И что, – сказал Тейн, – будем делать вид, что ничего не случилось?

– Можно и так сказать.

– Но мы же пропагандистское орудие императора, а может, уже и нет.

– Вот именно что, может быть и нет, – прорычал Вулдон. – А чего еще ждать от политиков? Но разве мы не делали этому городу добро, не спасли десятки жизней, не предотвратили столько же преступлений? Я просто так не сдамся. Перестану делать свое дело, только когда меня свяжут по рукам и ногам. Можете похоронить меня в этой форме. – И Вулдон рванул на горле черную рубаху, а потом повернулся к Фулкрому, который даже загордился своим подопечным. – Ну, – рявкнул он, – пойдем мы выручать семью этого кретина или будем сидеть здесь, как разини? – Вулдон мотнул головой в сторону культиста, который сидел и молчал, вытаращив глаза.

– Пойдем выручать, – сказал Фулкром.

В пещеры они отправились под прикрытием, через час после Ферора, который ушел туда с просьбой о встрече. Он дал им адрес дома напротив, там они должны были ждать. Окна ободранной комнатенки смотрели на улицу перед таверной «Дриада», трехэтажной забегаловкой на территории Северного подземелья. Была ночь, и стекло в кровле огромной пещеры не давало света. На улице было пусто, Фулкрому это не нравилось: подозрительно тихо. В пещере обитало не менее двухсот тысяч человек, странно, что ни один из них не вышел на улицу.

Если верить Ферору, его всегда проводили на самый верх таверны «Дриада» люди в капюшонах, и там он передавал им информацию о Рыцарях: где они, чем заняты и, конечно, об их прошлом.

– Как вам присвоение анархистами «Народного обозревателя»? – спросил Фулкром у своих спутников.

Лицо Тейна приняло обиженное выражение.

– Это не совсем правда, то, что они там написали. Но людям, конечно, без разницы. К отцовскому бизнесу я не имею отношения. И деньгами я сорил нарочно, именно из-за того, как они достались, и… В чем дело?

Вулдон буркнул:

– По мне, так на этот раз «Обозреватель» куда ближе к истине, чем под надзором императора.

– У вас хватит сил забыть об этом и продолжать как ни в чем не бывало? – спросил Фулкром.

– Если население нас не отвергнет, то да, – сказал Тейн. – Надо смотреть правде в глаза – наше влияние основано на имидже, и что с ним теперь стало?

– Тогда, может, стоит заменить имидж чем-то иным, посущественнее? – предложил Фулкром.

После короткого обмена репликами они сосредоточились на окнах верхнего этажа в доме напротив, высматривая в них признаки жизни. Наконец там зажглись фонари и показались силуэты – по комнате ходили трое или четверо.

– Пора, – объявил Фулкром. – Тейн, обыщешь боковые комнаты. Вряд ли ему покажут дочерей сразу, но они наверняка где-то рядом.

Снова на улицу. Тейн перескочил через две изгороди и пошел задами, ища какое-нибудь удобное окошко для входа в дом, а Фулкром и Вулдон выбрали самый обычный и трудный путь – прямо через таверну.

В заплеванной, посыпанной опилками забегаловке было тихо: пяток посетителей расположились у стойки и молча потягивали выпивку, глядя в кружки в облаках арумового дыма; хозяин – бандитского вида детина, в серьгах, наголо бритый, прямо разбойник, а не содержатель пивного заведения – пытался преградить им дорогу наверх.

– Туда нельзя, ребята, – сообщил он, с удивительной легкостью перемахивая через стойку и приземляясь на пол прямо перед ними.

Он протянул руку к Фулкрому, но Вулдон его опередил: схватив его за запястье, он кулаком другой руки так двинул ему в челюсть, что его голова с хрустом запрокинулась набок. Вулдон, яростно подпрыгнув, ударил его ногами в грудь, и он без звука отлетел к барной стойке. Выпивохи подняли головы от своих кружек, чтобы взглянуть, в чем дело.

Вулдон и Фулкром бесшумно взбежали по лестнице на третий этаж. Из щелей одной двери в конце коридора пробивался свет; приблизившись, они услышали внутри голоса. Один принадлежал Ферору.

– Пошли, – шепнул Фулкром.

Рыцарь сделал пару шагов назад, разбежался и саданул плечом в дверь. Она вылетела, и они увидели стол, за ним сидел Ферор, а вокруг него люди в туниках цвета грязи – двое мужчин и одна женщина. Они тут же схватились за мечи.

– Я ими займусь, – сказал Вулдон.

Фулкром подбежал к культисту и буквально выдернул его из заварухи.

– Где здесь могут быть твои? – спросил Фулкром, когда Вулдон заставил одного из мужчин завизжать от боли. Фулкром не хотел даже смотреть, что там происходит.

Ферор окаменел от ужаса и только помотал головой.

– Наверное, где-то неподалеку. Их всегда показывают мне поодиночке.

Перепробовав все двери, они нашли комнату, в которой находились женщина средних лет и две девушки. Присмотревшись, они увидели в дальнем углу Тейна – он зачем-то свесился из окна на улицу.