Читаем Книга о любви полностью

Но привыкание не способно разрушить все в нашей жизни. Есть и второй закон, определяющий наше бытие, и он гласит о том, к чему нельзя привыкнуть. Среди мимолетных радостей есть те, что длятся и длятся. Есть счастье, которое всегда остается с нами. Есть люди, которые никогда нам не надоедают. И знаете, что мы говорим о вещах и людях, дарящих нам неиссякающую радость? Мы говорим, что любим их.

В этом и заключается основная мысль книги, которую вы держите в руках: любовь – единственное, что остается с нами всегда. Противоположность нательному белью. Антоним шоколадного торта. Не то, что удовольствие, страсть или радость. Или, точнее, это удовольствие, страсть и радость, не притупляющиеся со временем. Говоря о любви, люди обычно думают, что от прочих чувств ее отличает сила переживания, величайшая из великих, но, на самом деле, главное отличие – во времени. Любовь – это то, над чем время не властно.

Любовью мы зовем то, что никогда не стареет.

Такой взгляд на любовь может показаться странным. Шекспир в “Ромео и Джульетте” описывает любовь как прекраснейший вид безумия, щекочущий восторг, в порыве которого возбужденные подростки говорят романтичные слова. Как чувство, заставляющее нас вспомнить, сколь мощные импульсы способны передавать наши нервы, какая сила может течь по ним, будто ток по проводам. Раз уж нам дана жизнь, нужно жить по-настоящему, с восторгом и ликованием, чтобы все подробности навеки запечатлелись в памяти. Влюбиться – значит наконец-то познать на собственном опыте, как тело другого человека может стать самой желанной вещью в мире.

Шекспир не придумал эту историю – он всего лишь рассказал ее лучше всех. Сам сюжет встречается едва ли не в каждом великом романе о любви от истории Орфея и Эвридики до “Тристана и Изольды”. Любовь – это и то, что ощутил Парис, увидев Елену Прекрасную, и то, о чем неустанно поет с эстрады Тейлор Свифт[5].

Этот сюжет не просто художественное клише. Люди вообще склонны говорить о любви как о страсти вроде той, что овладела Ромео и Джульеттой, с какой бы стороны они ее ни рассматривали. Например, биологи-эволюционисты в определенных исследованиях утверждали, что это чувство объясняется всего лишь мощнейшим выбросом половых гормонов, который подталкивает самцов в капкан моногамной связи[6]. С другой стороны, неврологи пришли к выводу, что любовный восторг вызывается не чем иным, как всплеском гормона дофамина, когда нейромедиатор слишком задерживается в синапсе[7]. (Никакой магии, сплошная химия.) В недавних исследованиях при помощи сканирования мозга совокупляющихся пар удалось обнаружить, откуда поступает это вещество – из тех же самых участков головного мозга, которые ранее исследователи относили к так называемой системе вознаграждения. Те же самые области ответственны за формирование наркотической зависимости и пристрастие к сладкому[8]. То есть получается с научной точки зрения любовь – это всего лишь сильнейшее желание, удовольствие столь сильное, что разуму остается только отойти в сторонку.

Однако понимать любовь только как страсть, подобную страданиям Ромео и Джульетты, – значит сильно ограничивать ее понимание. Ведь с этой точки зрения возможны только два состояния: есть любовь, нет любви – без всяких полутонов. Казалось бы, все просто: достаточно влюбиться, а дальше чувство само за нас все решит. Но любовь не мгновенная вспышка. Это процесс, разворачивающийся во времени. И тут мы упираемся в то, что не может объяснить стандартный научный подход, с точки зрения которого все сводится к передаче импульсов и химических веществ: в тот факт, что любовь со временем не ослабевает. В конце концов те же самые нейромедиаторы, которые, по словам биологов, отвечают за любовное чувство, вызывают и гедонистические удовольствия, самым распрекрасным образом меркнущие из-за привыкания. Почему же любовь не меркнет? Биохимии мало, чтобы дать ответ. Она не способна сказать нам, почему любовь не перестает.

Вот почему для постижения любви мало описать гормоны Ромео или картину МРТ Джульетты. Научные исследования такого плана интересны, но не собственно своими выводами, а тем, что выходит за рамки этих выводов. (“Функция любви, – сказал как-то Э. Э. Камингс[9], – состоит в том, чтобы генерировать непознанное”[10].) В этой книге я много ссылаюсь на различные научные труды, но она посвящена не достижениям химической науки. Напротив, мы подробно остановимся на исследованиях, которые хотя бы косвенно затрагивают то, что длится день за днем и год за годом. Мы поговорим о том, как ученые надолго погружали свои любопытные носы в жизнь обычных людей и наблюдали, что происходит с любовью на протяжении многих лет.

Встретив Джульетту, Ромео подбивает ей клинья пятистопным ямбом. Прекрасная сцена. И совершенно фантастическая. Жизнь изъясняется прозой.