Читаем Книга мечей полностью

Мистер Генри Уилкинсон из Лондона, практичный ученый муж, недавно впервые предложил формулу для определения центра удара без утомительного процесса экспериментирования с каждым отдельным лезвием. Его система основана на свойствах маятника. Легкий прут, длиной примерно 39,2 дюйма, на конце которого закреплен тяжелый свинцовый шар, качается туда-сюда от зафиксированного центра, колебаясь раз в секунду, или шестьдесят раз в минуту, на широте Лондона. В нем сконцентрированы три центра — центр удара, центр колебаний и центр тяжести. Если бы это был математический маятник — невесомый прут, то все эти три центра находились бы точно в центре шара, или на расстоянии в 32,2 дюйма от места подвеса. Лезвие для измерения подвешивается, крепко закрепляясь на точке, на которой оно повернулось бы, нанося удар, и путем раскачивания превращается в маятник.

Чем короче расстояние, тем быстрее колебания; вместо шестидесяти лезвие делает восемьдесят колебаний. Простая формула определяет длину такого маятника в двадцать два дюйма. Это расстояние отмеряется от точки, в которой подвешено лезвие, и полученная точка отмечается как ударный центр, в котором отсутствует вибрация лезвия и можно нанести наиболее эффективный удар.

Опять же изучение топора показывает, что режущая кромка его достаточно сильно вынесена вперед по отношению к держащей его руке, по «линии направления», которая у меча проходит по прямой от головки до острия. Если бы режущая кромка была вынесена назад, оружие уходило бы с линии удара, и для преодоления этого фактора требовалось бы дополнительное приложение силы. Почти все изогнутые мечи, за исключением японских, сделаны таким образом, чтобы создавалось ощущение, что «клинок хорошо ведет вперед»; и этот вопрос был тщательно исследован народами, у которых общепринятым образом нападения является рубка. Обычно линия рукояти выгибается вперед так, чтобы формировать угол с осью лезвия, который делается тупее или острее в зависимости от того, насколько сильна кривизна лезвия. Если поставить клинок стоймя на головку рукояти, эффект становится очевиден — меч падает лезвием вперед не хуже топора.

Превосходство кривого лезвия для рубки легко доказать. При каждом рубящем движении удар приходит в цель под каким-то углом, и проникающая часть становится клином. Но этот клин расположен не под прямым углом к самому мечу: угол этот имеет больший или меньший наклон по отношению к изгибу, и, следовательно, разрубание производится более острым концом. Прилагаются рисунки двух рубящих оружий — ятагана и прямого меча; эти рисунки доказывают, что если режущая кромка движется по прямой (АВ) по отношению к любому объекту (С), то она будет выполнять роль клина (D), четко измеряя ширину лезвия. Но изгиб выдвигает край вперед, и таким образом «полуслабая четверть» выполняет роль клина (Е), который длиннее и, следовательно, острее, в то время как максимальная толщина клина (задней части клинка) является фиксированной. Таким же образом, если рубить еще ближе к острию, возрастающее искривление производит более протяженную и острую клиновидность (F). Сравнивая три участка одного и того же лезвия (D, Е, F), которые различаются только углом, под которым, предположительно, лезвие попадет в препятствие, мы видим огромное возрастание рубящей силы.

Различие между рубящим действием по прямой и по косой еще лучше показывает прилагаемая диаграмма: пусть А В С D (рис. 116) представляют участок лезвия меча, причем АВ — это режушая кромка, a CD — это задняя часть, имеющая в толщину около одной восьмой дюйма.

Далее предмет для разрубания предстает перед лезвием под прямым углом к нему, как показывает стрелка № 1, тогда участок лезвия, которое и будет наносить удар, будет представлен треугольным участком FEG (рис. 117). Но если объект воздействия предстает под ударом по косой, как показывает стрелка № 2, то участок вдоль линии разреза будет такой, как представлено углом СЕК. Легко можно видеть, что в последнем случае острота угла Е сильно возрастает, в то время как вещество остается тем же, что и в другом случае. Для достижения этого во многих местах на Востоке принято «протягивать» рубящие удары, но той же цели можно достичь и изгибом лезвия назад: сам по себе этот изгиб делает лезвие подходящим к предмету по косой, избавляя от необходимости сопровождать ударное действие протягивающим.

Кстати, именно это протягивающее движение, будучи добавленным к изгибу самого оружия и подходу к цели под углом, увеличивает силу разрезания. Тальвар, полуизогнутая сабля Индостана, разрезает так, как если бы была в четыре раза шире и тоньше прямого лезвия. Но «протягивающий» рубящий удар имеет дополнительное преимущество в том смысле, что углубляет рану и врезается в кость. Так, слабосильные мужчины пользовались своими мечами методом, который немало удивил и расстроил наших солдат во время синдской и сикхской кампаний.