Читаем Книга Лета (СИ) полностью

Одно едва заметное движение, и Кьяра громко вздохнула. Когти впились в плечи, расчерчивая их красным. Стон сквозь сжатые зубы. Долгожданное ощущение заполненности. Руки, покоящиеся на ее ягодицах, опускали и приподнимали ее тело, внезапно обмякшее это этого чувства. Секунду спустя Кьяра уже перехватила инициативу, нетерпеливо извиваясь на его коленях. Ее занимало только это движение, она уже не замечала ни влажного взгляда эльфа, ни его ладоней, скользящих по телу. Разум испарился, все что осталось — нестерпимое желание и стремление удовлетворить его как можно быстрее. На какой-то миг тело абсолютно обезумело. Это безумие шептало низким голосом, горячило кожу дыханием, влажно целовало в шею и не отпускало, посадив на крючок собственной плоти. Кьяра застонала от простого животного удовольствия. Яркая вспышка сладких судорог, и тело обмякло, опустошенное этим ураганом ощущений. Прижав тифлингессу к себе, эльф аккуратно перекатился на кровать, вклинившись между расслабленных бедер, и продолжил гонку за удовольствием, все ускоряя свой бег. Девушка заметила свет, жемчужный, с легким голубоватым оттенком. Он исходил из его груди, пульсирующими волнами прокатывался по телу, расцвечивая его сеточкой белых вен, переходил на волосы, заставляя переливаться снежными искрами. Засветились даже ресницы на зажмуренных от удовольствия глазах.

— Ты светишься… — шепнула тифлингесса. — Это красиво.

Эридан открыл глаза, и они вспыхнули двумя искрящимися провалами.

— Что? — недоуменно спросил он, затем лицо его исказилось, ощущая подступающую волну наслаждения.

Эльф сделал еще несколько толчков, вздрогнул и замер в ней, пытаясь восстановить судорожное дыхание. Свечение стало еще сильнее, превратившись в концентрированный пучок в груди. Расслабленное лицо вдруг перекосило от боли, он схватился за грудь и заметил сияющие нити под кожей ладоней. Резко вскочив, неловко попятился назад и рухнул с края кровати.

— Ты в порядке?

Кьяра обеспокоенно глядела на эльфа, приподнявшегося с пола.

— Я не знаю, — ответил тот. — Так жжёт!

Кьяра перепугалась. Последняя фраза была больше похожа на вопль боли. Соскочив с кровати, она обняла Эридана и успокаивающе погладила по спине, пока он судорожно корчился на полу, покрывшись капельками пота. Наконец свечение плавно погасло, и эльф расслабленно выдохнул.

— У тебя и глаза светились, словно ты какой-нибудь небожитель, — удивленно сказала Кьяра.

— Иногда бывало сияние в груди, но такого — никогда, — признался Эридан.

— Вот что значат серебряные ножны для меча! — в сердцах воскликнула тифлингесса. — Какая грубая и пошлая метафора. А вам бы найти другую любовницу, а то боюсь доконать вас.

Он растер грудь и внимательно посмотрел в ее глаза. В них были смятение и страх.

— Ты думаешь, это из-за секса с тобой? — спросил белобрысый. — Но мы с тобой уже не раз занимались любовью, и такого не было, — он ласково погладил ее по плечу. — Эй, все хорошо. Видимо, этот самый меч уже почти готов, а я просто удивился, вот и отреагировал так бурно. Другую любовницу я не хочу, придется тебе работать на износ.

В его ласковой улыбке и тепле прикосновений Кьяра доверчиво нежилась, отринув недавний страх.

***

Утром следующего дня экспедиция была готова к отправке. Эридан, облаченный в доспехи, которые за это время успели починить, отдавал последние распоряжения Элледину. Кьяра озадачилась инспекцией провизии, собранной и упакованной в дорогу. Этих запасов хватило бы на всю гвардию, и еще кошмарке бы достался кусок мяса, будь она жива. Большую часть Калар собирался отдать в качестве пошлины местным за право осмотреться на их территории. Сам Селани явился со своим черноволосым и зеленоглазым родичем. Арум пришел на место сбора во всеоружии, облаченный в доспех, и с целой сумкой разных эликсиров. Он обменялся с чародейкой многозначительными взглядами, и Кьяре стало немного совестно, что приходится что-то скрывать от Эридана. Альбинос надел шлем, приладил гладкую маску и теперь был похож на железного голема.

— Прибудем сразу в цитадель, — объяснил Калар. — За ее пределы выходить нельзя — океан хаоса разорвет на части. Я уже бывал в Ал-Ча-Каре и гитцераи меня знают, к тому же они говорят только на гите, поэтому говорить буду я. Местные не любят агрессию, постарайтесь… держать себя в руках, — он бросил красноречивый взгляд на покрытого сталью Эридана, и тот скрестил руки на груди в жесте недовольства.