Читаем Книга Беглецов (СИ) полностью

От желания купить что-нибудь прямо сейчас и утолить голод Коула удержало лишь то, насколько подозрительно выглядел уличный рынок. Он предпочитал не брать еду у незнакомых торговцев — просто потому, что знал, как легко пообедать крысой или голубем, купленным торговцем у «крышников». Не траванёшься, так заразишься, а то и паразитов подхватишь. Рин лишь тоскливо вздохнул.

— Я вчера дома баранину замариновал, — пояснил он. — С лучком, чесночком, морковочкой. Думал рагу сготовить… Так и ждёт небось. — Он грустно шмыгнул носом. Коул сочувственно взглянул на друга, и потянул его за собой. Надо найти им поесть.

Лишь один раз его внимание привлёк одноногий нищий на костылях, что торчал под освещённой лампами доской для объявлений на стене дома. На груди у калеки висела табличка: «Я НИ ПАБИРАЮСЬ».

— Что, парень, не веришь? — сипло заорал нищий, сощурив глаз (второй заплыл синяком). — Ха! Думаешь, герой Болотной Войны станет побираться? — Он показал на тусклую медальку на драной куртке.

— Я воевал, да! Чёрная Топь — темень хоть в морду дай, сверху дождь, снизу грязь, пиявки! И чудовища: капитана Кураму живьём схрупали — вынырнула образина, и утащила в топь, только фуражка поплыла. А как сошлись с Железным Флотом — бум, бах, повсюду взрывы, ночь горит! А потом нашей канонёрке, «Жозефине», всадили в борт снаряд — и ногу мне осколком… — Он утёр слезу с небритой физиономии. — Знаете, чем я тут занимаюсь? — без перехода спросил он.

— Ну? — Коулу дела не было, но любопытство победило. Нищий поманил их грязным пальцем. От его фигуры разило ядрёным перегаром.

— Я продаю информацию, — понизив голос, сообщил он. Несколько зевак остановились поодаль, заинтересовавшись. — Всё для рисковых молодых людей, по самым низким ценам. Помогу выйти на след худших врагов Империи: родина меня забыла — но я ей верен, так-то!

— Да тебе-то откуда их знать, врагов? — не сдержал скептицизма Коул.

— Как откуда? Да их все знают! — Калека ткнул пальцем себе за спину, на рекламный щит, где были расклеены три портрета. Мальчишки присмотрелись: в Анкервилле лица преступников клеили только на стендах перед полицейскими участками — мимо которых оба избегали проходить.

На первом был изображён мужчина такой наружности, что Рину сразу вспомнилась его фантазия о таверне. Только если Гежчи сошёл бы за кабатчика, то рожа с плаката годилась на роль настоящего пиратского капитана! Человек был огромен — даже по портрету было понятно: с громадной бородищей на всю грудь, с торчащими усами. Глаза скрывали круглые тёмные очки на горбатом носу, голова была повязана платком. В общем, портрет был не слишком информативен.

«Зигвард Торм», гласила подпись. «Изв. под кличками «Полковник» и «Чёрный Пират». Член мятежной организации «Красные Ягоды». Виновен в преступлениях против Империи: терроризм, грабежи, провокации, подрывная деятельность».

Со второго плаката хмуро смотрела молодая женщина, совсем девушка. Широкоскулая и курносая, с недовольно поджатым маленьким ртом и родинкой на щеке. Коротко остриженные волосы были по-мальчишечьи зачёсаны набок, так, что её можно было принять за парня — если бы не имя:

«Вивьенте Ламора. Изв. под кличкой «Кобра», также «Красная Лилия» и «Огонёк». Член мятежной организации «Красные Ягоды». Виновна в преступлениях против Империи: грабежи, подстрекательство, подрывная деятельность».

Наконец, третий плакат изображал молодого человека с дерзкой улыбкой на лице. Собранные в хвост волосы были подкрашены мазками рыжего, ухо украшала серьга, а на шее виднелась татуировка — кажется, штурвал и якорь. «Ардис Хан. Изв. под кличкой «Метеор». Бывш. боевик террористической группы «Пламенники». Виновен в преступлениях против Империи: поджоги, саботаж, провокации». Под каждым плакатом перечислялись особые приметы, и была обозначена награда за голову (да такая, что Рин изумлённо покачал головой, а Коул восхищённо ругнулся шёпотом). Под портретом рыжего юноши цифра награды была зачёркнута, и крупно дописана вдвое большая, а также краснел штамп: «ОСОБО ОПАСЕН».

— Экие деньжищи, а? — с хитрым видом шепнул нищий. — А мне-то вся награда — родине послужить! Ну, и часок на пивко: что вам стоит?

Коул никого ловить не собирался; и Рин — тоже, но убогий вид калеки пробудил в нём жалость. Он сотворил полупрозрачную монетку-час и протянул «информатору».