Читаем Книга Беглецов (СИ) полностью

— Внимание! — заскрипел голос из рупоров на крыше вокзала. — К первой платформе прибывает состав. Просьба отойти от края… — На глазах у Рина, из-за дальнего отрога гор выскользнуло что-то серебристо блестящее, слишком маленькое и быстрое для поезда — но оно мчалось по рельсам к станции, и становилось всё больше. Рин уже хотел идти к учётчику, но тут увидел, как на платформу вышел человек. Приглядевшись, он с изумлением узнал инспектора Хилла. Что ему здесь понадобилось?

Рину почему-то стало неуютно. Вчера он не обратил внимания, тревожась за Коула — но когда они расставались у подъезда, Хилл вёл себя странно… Мальчик отступил за ящики так, что его не было видно с платформы, и осторожно выглянул.

Транспорт сбросил скорость и подкатил к платформе. Всего один клокомотив без вагонов, целиком заключённый в обтекаемый, остроносый кожух. Это был шнеллер, «быстровоз» — скоростная пассажирская мотрисса для срочных путешествий. Кто это пожаловал в Анкервилл из столицы?..

* * *

Хилл подошёл к шнеллеру как раз в тот миг, когда зашипели клапаны сброса давления, и двери разъехались. На перрон спрыгнул человек и зашагал к нему навстречу.

— Инспектор Кальдеус Хилл? — отрывисто спросил он. Следом из вагона вышли ещё двое, в одинаковых клетчатых сюртуках и картузах. У одного в руке увесистый саквояж, у другого тубус для бумаг, и у обоих — холодные взгляды опытных убийц.

Незнакомец был высоким и потрёпанным с виду. Поношенное пальто, протёртые на коленях брюки и запыленные ботинки. Лицо худое, с заросшим щетиной подбородком и большими залысинами надо лбом; сальные тёмные волосы спадают ниже плеч. На горбатом носу сидели очки с круглыми зелёными стёклами. Словом, внешне этот человек походил на спившегося художника или актёра из мелкой богемы.

Но Хилл сразу понял, что внешность обманчива. Потому что двигался незнакомец неожиданно собрано. Как будто не человек, а механизм-часоматон для Машинных Боёв.

— Да, это я. — Хилл достал было хронометр, но прибывший остановил его жестом.

— Не нужно. Я видел ваши фототипии. Меня зовут Друд, Иноканоан Друд. Вы подали сигнал «чёрного» уровня срочности: что случилось?

— Вчера в девятнадцать тринадцать на моём хронометре сработал «К-индикатор». При посвящении в хронисты я был избран в число доверенных лиц, и получил хронометр особой модели…

— Да, у меня было время ознакомиться с вашим личным делом, — перебил Друд, вызвав у Хилла невольное раздражение: этому-то открыт доступ к любым документам. — Подозреваемые?

— Двое мальчиков. Они ни о чём не знают. Я не сумел определить, кто из них точно наша цель. — Хилл с сомнением взглянул на «клетчатых».

— Агенты полиции, особый отряд. — пояснил Друд. — Я вас понял. Вы установили слежку за ними?

— Не успел…

— Проклятье! Что вам о них вообще известно?

— Я обратился на завод, но узнать удалось лишь их номера. Вы же знаете, Учётная Служба мне не подчинилась бы. А сегодня после завтрака меня вызвали для дачи показаний о гибели местного заводского управителя…

— Змейство, Хилл! То есть, эти двое сейчас могут быть где угодно? Вы понимаете, что речь идет о величайшей угрозе Империи?

— Прекрасно понимаю. — Хилл старался говорить сдержано, хотя внутри рос приглушенный гнев. — Но моих полномочий не хватило. Вы здесь оперативник, не я… И, если уж на то пошло, вы это пока ничем не подтвердили!

Друд сдвинул очки на кончик носа. Глаза у него оказались глубоко запавшие, цвета грязи.

— Вы что, сомневаетесь в моих словах? — с тихой угрозой уточнил он. Хилл без страха выдержал его взгляд.

— Сомневаетесь, — Друд обнажил в усмешке длинные, жёлтые зубы. — Молодец, хвалю. В нашем деле никому нельзя верить на слово! — Он отвернул полу пальто и показал Хиллу приколотый изнутри жетон — вписанный в кружок серебряный паук с двумя рубиново-красными, светящимися капельками на круглом брюшке, складывающимися в песочные часики. «Чёрная Вдова», эмблема, подделать которую невозможно.

— Убедились? — Друд запахнул пальто. — Что ж, хотя бы что-то. Вы разузнали, где живут эти двое?

— Один.

— Превосходно. Значит, его будем брать первым. И немедленно!

Рин видел, как страшный человек в очках сошёл на перрон. Когда он распахнул пальто, разглядел на подкладке знак — паучок, сверкнувший двойной красной искрой… И страх пронзил его от затылка до пяток. Колени задрожали и подкосились.

«Ринель», прозвучал в его голове тихий, мягкий голос. «Помни, Ринель…».

Он сделал над собой усилие, пригнулся и поднял воротник — и шмыгнул из-за ящиков к вокзалу, отчаянно надеясь, что его не заметят. Только бы не окликнули, только бы не окликнули, только бы!..

Рин влетел в двери и пронёсся через зал, мимо буфетчицы и Ури — тот даже обернуться не успел. Вон указатель — «К поездам монорельса»! Он взбежал по лесенке наверх. За окнами как раз проплывала тёмная тень подъезжающего рельсохода. Когда Рин выскочил на посадочную галерею, состав уже отходил. Не раздумывая — страх бился в груди и гнал вперёд — он вскочил на перила, прыгнул и успел ухватиться за скобы на вагоне. Здание вокзала уплыло назад.