Большинство полок были пусты, но на одной из самых верхних стояло семь или восемь толстых книг в кожаных переплетах.

Атр потянулся и вытащил один из томов в красной обложке, изумившись его тяжести: казалось, книга сделана не из бумаги. Присев на колени, он положил том на пол перед собой и открыл его.

И ничего не увидел. Страницы были белыми. Разочарованный, Атр захлопнул книгу, поставил ее на место и вытащил другую – на этот раз в обложке из бледно-зеленой кожи. В ней все страницы тоже оказались чистыми. Одну за другой Атр доставал с полки книги, надеясь отыскать хоть слово в какой-нибудь из них, но поиски закончились неудачей.

Расстроенный, он взял под мышку одну из книг и уныло побрел к двери.

Ген уже успел расчистить место на одном из столов и склонился над предметом, который напоминал деревянный поднос, заставленный десятком чернильниц цвета янтаря. Спустя минуту он выпрямился, поднеся к глазам один из больших, пятигранных кристаллов. Густо-янтарный отблеск падал на бледное лицо Гена. Заметив, что Атр наблюдает за ним, Ген оторвался от своего занятия.

– Ну, нашел что-нибудь?

– Ничего хорошего, – ответил Атр, готовясь к тому, что отец вспылит. – В них ничего нет.

Поставив чернильницу на место, Ген подошел и взял книгу из рук Атра.

– Дай-ка я посмотрю. Открыв книгу, он перелистал ее и поднял голову.

– Замечательно, как раз то, что мне и нужно. Там есть еще книги?

Атр кивнул, совершенно растерявшись.

– Но я думал… я думал, ты ищешь книги с Эпохами. А это… просто чистые листы бумаги.

Ген рассмеялся.

– Нет, Атр, это не просто листы бумаги. Книги эти называются Корти'нэа – белые книги, ждущие, когда их заполнят.

Атр недоуменно уставился на отца. Ген открыл сумку и сунул туда книгу, а затем вновь повернулся к Атру.

– Сколько книг еще есть в хранилище?

– Восемь.

– Отлично. Принеси их сюда. Вот эти чернила, – добавил он, указывая на янтарные чернильницы, – и перья нам тоже понадобятся. Поторопись, мальчик. К ужину мы сможем вернуться домой!

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

– Атр!

Атр оторвался от тетради. Ген стоял в дальнем конце библиотеки.

– Что, отец? – спросил он, откладывая перо и стараясь не посадить кляксу.

– Идем со мной.

Атр нерешительно поднялся, а затем, обогнув помост в центре комнаты, нагнал отца у подножия лестницы.

После экспедиции в город прошло уже две недели, и Атр начинал думать, что отец забыл про свое обещание, но сейчас Ген улыбался.

– Так ты готов, Атр?

– К чему, отец?

– К тому, чтобы начать работу. Пришло время тебе научиться Искусству писать.

Атр последовал за отцом в комнату, которая, несмотря на просторные размеры, казалась тесной. Поначалу Атр не понимал, почему так происходит, но затем понял: комнату вырубили в камне, ее потолок низко нависал над головами – по сути дела, это была пещера в пещере.

Книги теснились на простых каменных полках, лежали повсюду на полу, а в центре комнаты стоял широкий стол, освещенный лампой причудливой формы – единственным источником света в этом мрачном месте. Перед большим столом помещался второй, поменьше.

Ген подвел сына к столу, уселся в кресло, открыл один из ящиков и вытащил оттуда поднос с большим пером и несколькими янтарными чернильницами, найденными во время похода в город.

Поставив поднос сбоку на стол, Ген подвинул к себе одну из больших книг в кожаном переплете – ее бурая обложка была покрыта белыми прожилками, – а затем открыл ее на первой странице.

Страница была пуста.

Ген устремил на Атра внимательный взгляд.

– Ты потратил уже шесть недель, копируя слова Д'ни, и успел, наверное, заметить, как сложна и прекрасна эта письменность. Но, кроме всего прочего, эти слова имеют свое значение, Атр, – многие из них для тебя совершенно непонятны, так как принадлежат не только этому миру. Их создавали десятками тысяч лет для особой задачи – для описания Эпох… и сотворения других миров. Эти слова не похожи на те, которыми мы пользуемся при разговоре, ими нельзя пользоваться, чтобы писать простые книги. Письмена Д'ни – не только Искусство, но и наука. Наука точных описаний.

Он перевел взгляд на чистую страницу.

– Начиная писать, мы видим перед собой пустоту. Здесь еще ничего не сотворено. Но как только будет написано первое слово – даже первый его символ, когда по бумаге протянется первая линия, тогда возникнет связь с вновь созданным миром, появится мост, соединяющий нас с этим миром.

Атр нахмурился.

– Куда же он ведет, этот мост?

– Куда угодно, – ответил Ген, снимая крышку с чернильницы, выточенной из куска янтаря. – Д'ни называют этот мост Терох-Йеруф, Великое древо возможностей.

Атр рассмеялся.

– Все это похоже на магию!

– Так оно и есть. Но мы – Д'ни, и потому я могу поделиться с тобой одной тайной. Мы – не простые смертные, Атр, мы – божества!

– Божества? – Атр ошеломленно воззрился на отца.