Читаем Книга Атлантиды полностью

Книга Атлантиды

«[Рассуждает Сократ: ] Я слышал, что близ торгового города Навкратиса[5] жил один из тамошних древних богов, которому посвящена птица, называемая ибисом. Имя этого божества — Тевт. Он первым изобрел число, арифметику, геометрию и астрономию, игру в шашки и кости, изобрел также и буквы. Царем всего Египта в то время был Тамус, сидевший в большом городе в Верхней[6] части страны. Этот город греки называют египетскими Фивами, а его бога — Аммоном. Однажды Тевт, пришедши к Тамусу, рассказал ему о своих искусствах и утверждал, что следует обучить им всех египтян. Но последний спросил его: «Какую пользу может доставить каждое из них?» Когда Тевт начал объяснять это, царь, судя по тому, хорошим или худым казалось ему изобретение, одно порицал, другое хвалил… Наконец, дело дошло до букв, и Тевт сказал: «Владыка! Эта наука сделает египтян мудрее и памятливее; я изобрел ее как средство для памяти и мудрости». Но царь отвечал: «Многоученый Тевт!.. Ты, отец букв, по родительской любви приписал им противоположное тому, что они могут. Ведь это они, ослабляя заботу о памяти, произведут в душах учеников забывчивость, потому что, полагаясь на внешнее письмо, изображенное чужими знаками, они не будут припоминать <истину> внутренним образом — сами в себе. Значит, ты изобрел средство не для памяти, а для напоминания. Да и мудрость ученики приобретут у тебя не истинную, а кажущуюся, потому что, многого наслушавшись и ничего не изучая, будут воображать себя многознайками и, как мнимые мудрецы вместо истинных, останутся большей частью невеждами и несносными в общении людьми»«.[7]

Этот фрагмент стоит перечитать еще раз хотя бы из-за последних фраз: уж очень изображенный Платоном образ напоминает многих из «чистых ученых». «Несносность» таких мужей может быть «шпилькой» по отношению к Аристотелю, ведь последнюю часть «Федра» Платон писал в конце жизни и конфликт с учеником наверняка уже назревал.

Тем не менее для нас главное другое. Во-первых, письменная речь — только «памятка», не более того. Здесь тезис Платона подтверждают современные антропологи, полагающие, что «всеобщая грамотность» привела к утере человеком многих внерациональных мнемотехнических способностей — например, способностей к запоминанию огромных фрагментов текста, в том числе и на незнакомом языке.[8] К тому же чтение не может заменить размышления — а Платон вслед за Сократом настаивал, чтобы ученики думали сами, не позволяя за себя думать кому-то другому: обществу, родителям, даже учителю.

Во-вторых, перед нами возникает Египет, место, где разворачивается знаменитая беседа Солона с неназванным жрецом, изображенная Платоном в «Тимее» и «Критии». Тевт — это явно египетский бог Тот, создатель письменности и владыка божественных словес. В Греции с ним отождествлялся Гермес, который также являлся вестником богов и был, по одной из традиций, отцом Пифагора (точнее, некоего Эвфорба, который спустя несколько жизней возродился в качестве Пифагора).

Перейти на страницу: