Читаем Клуб Мефисто полностью

Она положила в рот ломтик сыра, разжевала, проглотила. И едва не поперхнулась, когда он обхватил ее грудь своими лапищами. Она напряглась в струну и сжала кулаки, борясь с искушением развернуться и со всей силы отвесить ему оплеуху. Но вместо этого позволила ему зайти спереди и расстегнуть молнию у нее на джинсах. Затем он притянул ее к себе, и она безропотно встала – так ему было сподручнее стянуть с нее все остальное. Когда она, обнаженная, замерла посреди кухни, он подался назад и оглядел ее всю с ног до головы с нескрываемой похотью в глазах. Сам же он даже не удосужился раздеться – развернул ее к столику, расстегнул свою ширинку и тут же овладел ею. Так резко, что аж шкафы с посудой заходили ходуном.

«Давай же! Скорей заканчивай свое дело, черт бы тебя побрал!»

Но он только начал. Развернул ее, поставил на колени и взял так прямо на кафельном полу. Потом продолжил в гостиной, перед балконным окном, словно хотел, чтобы весь мир видел, что он, Филиппо, может отыметь женщину в любой позе, в любой комнате. Она закрыла глаза и прислушивалась только к звукам телевизора за стенкой. Радостная музыкальная заставка какой-то телеигры, задорный ведущий. Она сосредоточилась на телевизоре, лишь бы не слышать, как рычит и сопит Филиппо, сжав ее мертвой хваткой. И вот наконец он завершил свое дело.

И рухнул на нее всей тушей, грозя задушить. Она кое-как вылезла из-под него и так и осталась лежать на спине, взмокшая – от его пота и своего собственного.

А еще через мгновение он уже храпел вовсю.

Она оставила его там же, на полу в гостиной, а сама пошла в ванную – принять душ. И простояла там целых двадцать минут, смывая с себя все его следы. Потом вернулась с мокрыми волосами в гостиную, чтобы убедиться, что он все еще спит. Так оно и было. Она тихонько пробралась в его спальню и принялась обшаривать ящики комода. И там, под грудой носков, обнаружила пачку денег – сотен шесть евро, не меньше. «Недосчитается сотни – не обеднеет, – подумала она, пересчитывая купюры». Уж сотню-то она отработала.

Она оделась и уже нагнулась за рюкзаком, как вдруг услышала за спиной его шаги.

– Уходишь? – спросил он. – Тебе что, одного раза хватает?

Она медленно повернулась и выжала из себя улыбку.

– Один раз с тобой, Филиппо, стоит десяти раз с любым другим.

Он осклабился:

– Да, все женщины так говорят.

«Значит, все врут».

– Да оставайся. Я приготовлю обед. – Он подошел ближе и стал теребить прядь ее волос. – Оставайся, может…

На раздумье у нее ушла пара секунд. Останься она здесь еще и на ночь, ей это обошлось бы слишком дорого.

– Мне нужно идти, – сказала она, поворачиваясь.

– Ну пожалуйста, останься. – Он осекся. И с отчаянием прибавил: – Я заплачу.

Она остановилась. И оглянулась на него.

– Ну как, договорились? – мягко спросил он. Ухмылку с его лица как рукой сняло – теперь на нем запечатлелась грустная мина. От самодовольного павлина не осталось и следа – жалкий, понурый увалень средних лет с толстым брюхом, совсем-совсем одинокий. Еще недавно его глазки сверкали нездоровым блеском – теперь же они потухли от усталости. И от горечи поражения. – Все понятно, – вздохнул он. – Ты пришла не ради меня. Ради денег.

Тут она впервые посмотрела на него без отвращения. И впервые решилась сказать правду.

– Да, – подтвердила она. – Мне нужны деньги. Я на мели, а работу в Риме найти не могу.

– Но ты же американка. Можешь поехать домой.

– Не могу.

– Почему же?

Она отвернулась.

– Не могу, и все. Там мне ловить нечего.

Немного поразмыслив над ее словами, он пришел к резонному умозаключению.

– Тебя ищет полиция?

– Нет. Не полиция…

– Тогда от кого же ты бегаешь?

От самого дьявола, сказала она себе. Но вслух произнести побоялась, иначе он решил бы, что она спятила. И она ответила просто:

– От одного типа. Страшного такого.

От жестокого поклонника – верно, решил он. И сочувственно кивнул:

– Значит, тебе нужны деньги. Ладно, идем. Дам немного.

Он повернулся и направился в спальню.

– Погоди, Филиппо. – Она виновато полезла к себе в карман и достала сотню евро, которую вытащила у него из ящика с носками. И как только у нее рука поднялась ограбить парня, истосковавшегося по простому человеческому общению! – Прости, – призналась она. – Это твое. Честное слово, мне очень нужны деньги, но я не должна была их брать. – Она подошла к нему, взяла его руку и вложила в нее деньги, едва осмелившись посмотреть ему в глаза. – Как-нибудь перебьюсь.

Она развернулась, собираясь уходить.

– Кэрол… Это твое настоящее имя?

Она остановилась, держась за дверную ручку.

– Какая разница, оно не хуже любого другого.

– Говоришь, тебе нужна работа? А что ты умеешь?

Она посмотрела на него:

– Все, что угодно. Могу быть хоть уборщицей, хоть официанткой. Лишь бы платили наличными.

– Ты хорошо говоришь по-итальянски. – Он задумчиво посмотрел на нее. – У меня тут, в Риме, живет двоюродная сестрица, – наконец сказал он. – Экскурсии всякие устраивает.

– Какие экскурсии?