— Отнюдь, — Странник выставил в сторону правую руку, завращал, наматывая на раскрытую ладонь свободно парившие в воздухе частицы Уино. — Таким, как мы, всегда есть, о чём говорить, Тисаб. Но, мне кажется, Дом Винол мог прислать кого-нибудь поумнее тебя, — ещё мгновение, и в его добела сжатом кулаке заискрился магический хлыст (шесть локтей длины).

— Тебе это не поможет здесь, — голос Тисаба, прежде властный и уверенный, дал предательскую трещину.

— Ты так думаешь? — Странник повёл рукой — зелёная змея дёрнулась, зашипела, оставляя на песке дымный след…

* * *

…Инирия застонала — у неё был жар.

* * *

…За стеной, в точно такой же комнате, ворочался маявшийся духотой Тэйд… Ужасная ночь — ему казалось, он никогда не уснёт. Он думал о ринги и торено, о Инирии и Эл-Лэри, о Саиме и Маане са Раву, о Райзе и Элон.

Он так и продолжал рассуждать про себя, когда, не уловив момента прихода сна, задался последним осознанным вопросом: «Ситир или ламесса?»…

* * *

…Он не знал, что ему нужно больше: бесценный металл или Бродячий корень. И то и то было сейчас важнее его жизни. Потому он и пришёл к Великому Древу. Один. Да, один — Грёр не в счёт.

— Мы будем говорить или будем меряться силой? — Тэйд не узнал голоса, таким тихим и усталым он ему показался.

— Мы будем говорить, — взволнованно засопел толстяк, недовольно качая головой. — Ты не мог бы убрать это, Странник? Я не чувствую себя в безопасности.

— Так и задумано, Колдарб. Так и задумано, — он незаметно провернул одно из колец на вуруме, совмещая нужные руны и переводя её в боевое состояние — вершник обычного с виду посоха заблестел, оплавился как мягкий металл, становясь тонким глевийным лезвием.

«Корень ламессы или ситир? С чего лучше начать торг?»

Повисла долгая пауза, такая, что даже ветер перестал шевелить листья Великого Древа и прислушался.

— Могу я пригласить вас к себе в гости? — заискивающе предложил Колдарб, косясь на сверкающее острие. — Люди Дома Мурус будут рады такому важному гостю.

«Так уж и рады?»

Пальцы разжались сами собой — хлыст рассыпался мириадами уиновых искорок. Лезвие глевии, подчиняясь движению пальцев хозяина, сверкнуло в последний раз и стекло в посох.

— Да, я пойду с тобой, Колдарб. И отныне буду говорить только с Домом Мурус, — торжественно произнёс он, отряхивая ладонь о ладонь и отмечая, как зло сверкнули из-под масок (необходимость, скрывавшая лицо от уиновых ожогов) глаза Тисаба и ещё двоих: представителей Домов Руум и Юбит…

* * *

…Тэйд беспокойно заворочался, кто-то тряс его за плечо.

— Ну что ещё? — отмахнулся он.

— Тэйд, вставай.

«Саима?»

— Чего тебе? Отстань.

* * *

…Инирия перевернулась на бок, подтянула к груди колени, превращаясь в крохотный дрожащий комочек…

…Странник уже вставал, когда вперёд протиснулась коренастая фигура — феа шмыгнул носом, бесстрашно сбросил капюшон.

— А с Братством ты тоже говорить не будешь? — голос из-за маски был хрипл и низок.

— Домор, и ты здесь! — приободрился путник.

— Братство Ситира приветствует тебя, Чёрный Странник.

— Здоровья и тебе, Домор Камнеклещ. Тебя я рад видеть больше других.

Сделав по шагу навстречу друг другу, человек и феа обнялись.

— Прошу за мной, — через паузу пригласил толстяк Колдарб. — Не забудь, Странник, тебя принимает Дом Мурус.

— Хорошо, Колдарб, я помню об этом.

Они прошли сквозь арку, образованную огромными корнями.

Под сенью ветвей было ощутимо прохладнее.

Гость, наконец почувствовав себя в безопасности, скинул капюшон, снял маску… и тут Инирия узнала его…

«Как же он постарел, о Великие! Эти глаза, эти шрамы».

— Вы позволите? — голос уже не казался чужим и далёким.

Толстяк Колдарб понимающе кивнул.

— Никак не можешь забыть её, Странник? — тяжко вздохнул Домор, дружески подталкивая гостя в спину. — Теперь её зовут Великая Аллай, и она любит нас всех, уж не взыщи.

Тот не ответил, отдал вуруму скраму…

«Какой странный у него посох».

…сделал осторожный шаг вперёд, и, протянув обе руки, коснулся её дрожавшими ладонями…

…Она вздрогнула и проснулась.

— Нира, вставай, Саима и Нёт пропали, — Тэйд тряс её за плечо.

— Ты?

— Я, Нира, я. Что с тобой?

— Но ты… там… такой…

— Просыпайся уже.

— Да, хорошо. Как это пропали? Нёт-то понятно — его и так днём с огнём не сыщешь. Но Саима?!

— Не знаю я, только нет обоих. И Вира нет. Саима ничего вчера тебе не говорил?

— Нет, — она опустила ноги на холодный пол. — Хорошо. Иди, я сейчас.

Глава 34. Шак-шалк

Тигриная морда зловеще щёлкнула клыками, демонстрируя, как ей не хочется покидать любимое место в самом центре пышной Нётовой шевелюры.

Юноша отложил в сторону кри и разворошил волосы ладонями.

Переодевшись в белую мантию ринги, он поправил ременную петлю-застёжку на перевёрнутых притороченных к ноге ножнах с коротким дауларским мечом.