…Комната, в которую отвели их ринги, была светла и просторна. Балкон и два окна на озеро. Огромный стол в центре, несколько стульев с высокими спинками, камин и длинные скамьи вдоль стен. На столе — блюдо с фруктами, многие из которых были Тэйду неизвестны, кувшины с соком и водой, несколько высоких стаканов. Четыре двери, как тут же выяснилось — в комнаты поменьше; в каждой большая кровать с балдахином, стол и сундук.

Инирия выбрала первую справа спальню, с окном и балконом на озеро. Тэйд тут же выбрал соседнюю. Саима выбрал первую слева, но сказал, что с удовольствием поспит и на скамье в общей комнате, а Нёт вообще ничего выбирать не стал, сообщив, что ему всё равно, где он проведёт эту ночь, потому как завтра его уже здесь не будет.

Рат-Варо покивал и поинтересовался, не желают ли гости принять ванну, а получив утвердительные ответы, предложил Инирии следовать за ним. Мужскую же половину отряда он поручил сопроводить Нао-Разу.

В глубине большой прямоугольной комнаты с множеством ширм их ждали три наполненные водой купели. Рядом с каждой, на невысоких тумбах стояли кувшины с тёплой водой и пузырьки с благовониями и составами для мытья.

— Ну и что вы обо всём этом думаете? — Тэйд устало опустился на скамью, на которой, помимо стопки с хрустящими полотенцами, лежали три белых, таких же, как и у ринги, балахона.

— Думаю, что меня немного подвела интуиция, и наш мохнатый друг сильно ошибся в выборе пути, — обходя комнату, ответил Саима.

— Это было понятно с самого начала, как по мне — так в выборе пути ты ещё в Двух Пнях ошибся.

— Ага.

— Я сейчас тебя не об этом спрашиваю, — Тэйд попробовал ладонью воду в купели. — Что ты про ринги думаешь?

— Кто они вообще такие? — спросил Нёт.

— Сэрдо.

— Да ты что! Тэйд прав, ты, Саима, ответишь на любой вопрос, кроме того, что тебе задали.

— Я, если честно, думал, что ринги — это миф! А тут — на тебе: «Я ринги, оставьте ваше оружие. Мы ваши друзья», — продекламировал онталар, подражая невозмутимому голосу Саэт-Оинта. Он взял со скамьи один балахон и зачем-то понюхал его. — Васаргой пахнет.

— Я это не надену, — заартачился Нёт. — Я вам что, баба?

— Не надевай. Что делать будем, лучше скажи?

— Не знаю. Вы тут обмозгуйте всё, а я, пока эти, — он кивнул на дверь, — думают, что мы мослы парим, осмотрюсь пойду.

— Давай, — поддержал его Тэйд. — Осторожнее только осматривайся.

— Я так думаю, — Саима уже скинул одежду и лез в кадку, — делать нам ничего не надо. Уф, хорошо. Поглядим, как пойдёт, а там и решать будем. А-а! Ты чего ждёшь-то, когда вода остынет?

Но вода, к общему удивлению, остывать и не собиралась и оставалась на протяжении всего времени такой же тёплой, как и в самом начале, когда Тэйд первый раз коснулся её рукой.

Глава 28. Братья Этварок и Кинбаро Ро

Крэч не знал, сколько он пролежал вот так, обняв Лесоруба, когда в глаза прорезало лучиком света. Склонившись, над ним стоял незнакомый пожилой нуйарец с палкой в одной руке и пустым кожаным ведром в другой.

— Вы живы, любезный? — участливо спросил нависший над ним человек. — Можете бросить своего друга. Он мёртв, как и одноглазый красавец Хорбут. Вам надо встать, если вы не хотите остаться здесь, чтобы воссоединиться с ним в Верхних Мирах, — он легонько ткнул его палкой в бок. — Так вы живы, или нет? — повторил он вопрос.

— Где я? — слабым голосом спросил Крэч, прикрываясь дииоровой рукой от слепившего света Лайса. Он не имел ни малейшего представления, как и почему тут оказался.

— Здесь.

— Где «здесь»? — он перевёл взгляд на руку: кора на пальцах и во многих других местах была содрана, предплечье прорезали глубокие борозды порезов и ссадин. Вторая рука не двигалась, стреляла болью при попытках пошевелить пальцами.

«Сломана?»

Нуйарец недоумённо пожал пухлыми плечами.

Крэч, кряхтя, перевалился на живот и оказался лицом к лицу с вартарцем — безжизненные глаза Лесоруба были направлены в небо. Крэч с сомнением провёл окончательно потерявшими чувствительность пальцами по его остывшему лицу и поинтересовался:

— Где второй? — он точно помнил, что в момент падения увидел перед собой лицо Вейзо.

«Или это был лик приходившей за мной смерти?»

— Какой второй? Больше никого нет: вы да этот. Если кто и был, его надо искать там, наверху.

— Кто это, Меем?

— Так вот, сиита Лорто, поглядите, кого нашли: феа и дружок его, мёртвый уже.