Читаем Клич Айсмарка полностью

Вервольф не успел уклониться, и меч глубоко вонзился в его плечо. Больше того — не ожидавший столь яростного удара человек-волк не удержал равновесия и повалился на спину. Но тут сапоги девочки заскользили на мокром ковре палой листвы, и Фиррина тоже рухнула на землю. Чудовище не замедлило этим воспользоваться. Мгновенно вскочив на ноги, зверь вырвал у нее меч и уселся принцессе на грудь. Вервольф оказался таким тяжелым, что Фиррина едва могла дышать, однако она и не думала сдаваться. Враг уже нацелился вцепиться зубами ей в горло, но принцесса изо всех сил врезала ему кулаком по носу. Человек-волк очумело замотал головой и чихнул.

— Давай, прикончи меня побыстрее, волчье отродье, да смотри, не тронь мне спину! — завопила Фиррина, стараясь скрыть дрожь в голосе. — Не хватало еще, чтобы пошла молва, будто я пыталась удрать!

Вервольф снова склонился над ней, но на этот раз в его взгляде было почти человеческое замешательство. С минуту он задумчиво рассматривал Фиррину, потом вдруг вскинул голову и протяжно завыл. Вой делался все пронзительнее и пронзительнее, поднялся до невыносимо высокой ноты и медленно затих. Вервольф вновь посмотрел на девочку. Глаза у него были почти человеческие, Фиррине даже показалось, что он все понимает, что с ним можно поговорить… И тут зверь резко отскочил в сторону, и тяжесть, давившая принцессе на грудь, исчезла.

Отдышавшись, девочка кое-как привела себя в сидячее положение. Вервольф тем временем подхватил ее меч и забросил в непроходимые заросли колючих кустов. А затем выдал такое, что Фиррина в изумлении разинула рот: поклонился ей, прижав одну переднюю лапу к груди, а другую отставив в сторону в изысканном жесте, не хуже любого из придворных щеголей.

Несмотря на весь пережитый ужас, Фиррина едва не рассмеялась. Вервольф опять запрокинул голову, хрипло заперхал, будто расхохотался, — и был таков. Мгновение спустя только покачивающиеся ветки указывали на то место, где он скрылся в подлеске.

Фиррина с трудом поднялась на ноги, отыскала в кустах меч. Ее еще трясло, но странное поведение человека-волка сейчас волновало ее куда больше, чем пережитый ужас. Почему он не убил ее? Неужели эти чудовища способны мыслить? А если так, то почему он решил оставить ее в живых?

Поразительно. Все представления Фиррины о вервольфах рассыпались в прах. Ей всегда говорили, что люди-волки всего лишь лишенные разума убийцы, ничем не лучше других кровожадных тварей, живущих к северу от границ Айсмарка. Но этот вервольф… неужели он… пожалел ее?

Ее размышления были прерваны треском ломающихся веток, и Фиррина мгновенно вскинула меч, развернувшись в сторону новой опасности… Но, как оказалось, это был всего лишь ее солдат-провожатый — он утихомирил свою обезумевшую от страха лошадь и вернулся, готовый погибнуть за свою принцессу. Потому что такая смерть была куда легче наказания, которое ждало бы его, если бы он не выполнил свой долг.

Фиррине пришлось вытерпеть десятиминутный осмотр на предмет ранений и выслушать еще более длительные и подробные оправдания: мол, лошадь понесла, и он никак не мог с ней сладить… В конечном итоге девочке было позволено сесть на лошадь солдата, и они не спеша отправились домой. Фиррина молча размышляла над случившимся. Неужели придется отбросить все, что она знала о вервольфах и считала непреложной истиной? На протяжении всего пути у нее из головы не выходила одна-единственная мысль: а что, если люди-волки на самом деле способны мыслить и даже чувствовать?..

К счастью, ехать за спиной у солдата Фиррине долго не пришлось: из-за деревьев рысью выскочил ее собственный конь и тихо заржал от облегчения, увидев хозяйку.

— Эх ты, волчья сыть, — сердито проворчала принцесса. — Надо было скормить тебя вервольфу.

Они возвращались самой короткой дорогой, и вскоре густые заросли расступились, открыв маленькую поляну, на которой расположились лагерем лесорубы. Потом деревья и вовсе остались позади, и усталые охотники выехали на простор полей. Принцесса и ее спутник остановились полюбоваться видом широкой равнины, что окружала Фростмаррис, столицу Айсмарка. Бескрайние поля, зеленые изгороди, огороды и фруктовые сады, где за короткое лето успевал созреть обильный урожай, — все это вместе напоминало большое лоскутное одеяло. А вдали огромным каменным кораблем посреди моря золотистой пшеницы плыл город.

Ворота столицы смотрели на четыре стороны света, а над южными висел гигантский колокол солнцестояния. Его заботливо отполированные бронзовые бока ослепительно блестели на солнце, словно торопя Фиррину и солдата вернуться домой. В центре города, на высоком холме, стояла крепость, и над ее башнями реяло королевское знамя со свирепым белым медведем на синем фоне. Прохладный ветерок играл полотнищем, словно вел в бой бесстрашную конницу короля Редрота.