Читаем Клятвоотступник полностью

Первенство соединения по боксу рядовой Кузнецов, он же солдатский «Силач», проиграл. Проиграл, как говорят, всухую и в первом раунде. Чемпион дивизии капитан Макаров сначала не хотел выступать на этих соревнованиях. Он решил раз и навсегда распрощаться с боксерскими перчатками. Офицера душила обида на полковое и дивизионное начальство, которое считало его «чернью». В том, что против него будет выступать его подчиненный, Макаров нисколько не сомневался. Во всех полках и в отдельных батальонах дивизии не было равных рядовому Кузнецову. Особенно страстно жаждал поединка между капитаном и рядовым, между командиром и подчиненным начальник физической подготовки полка старший лейтенат Посохов. Офицер никаких военных училищ не заканчивал, в армию пришел с гражданки после института физической культуры. Лично сам он особых достижений в спорте не имел. По части витали слухи о том, что у главного спортсмена есть какой-то разряд по лыжам. На складе спортивного инвентаря лыжи вообще отсутствовали. На территории советского военного городка снега зимой иногда вообще не было. Поэтому физрук очень энергично «толкал» молодого сибиряка на боксерский олимп, надеясь таким образом самому засветиться на фоне его славы и успехов.

Выступить на ринге против своего подчиненного солдата Макарова уговорила его жена, хотя сначала Татьяна также была против «трюкачества» мужа. Однако, чем больше она размышляла о предстоящем поединке, тем больше приходила к мысли о необходимости выступления своего Сашки. Нет, она не хотела в очередной раз доказать какому-то солдату силу и превосходство своего мужа. Офицер за свою небольшую спортивную карьеру не хватал звезд с неба, были у него и поражения. Раньше Санька Макаров, да и его супруга, победы и поражения в большинстве своем пропускали мимо ушей. Сейчас же седовласому мужчине предстояло не только победить, но и доказать, в первую очередь, командиру дивизии то, что он не «чернь», а офицер, человек, который также имеет право на достойную жизнь. Макарова поддержала и его дочурка. Вика после того, как нехотя покинула руки отца, весело пролепетала:

– Папушка, ты должен победить… По-бе-ди-ть, папа…

С образом своей дочурки капитан Макаров выходил и на ринг. Неподалеку от ринга была сооружена почетная ложа, на которой восседали командир дивизии и его заместители. Среди сидящих был и майор Слюньков. Чемпион прекрасно знал, что командование всегда с интересом наблюдало за поединками тяжеловесов. Сейчас же Александра все это окружение не интересовало. Ему просто хотелось быстрее закончить бой и оказаться в кругу семьи… Прозвучал гонг. Макаров уверенно пошел навстречу своему противнику, тот не очень умело перемещался по рингу. Через несколько секунд опытный боксер нащупал слабое место в обороне прыгающего великана и с силой левой рукой ударил снизу вверх в его подбородок. Кузнецов рухнул на пол, словно кто-то его срубил шашкой… Победитель спокойно пролез через канаты и также спокойно покинул спортзал. Макаров знал, что после такого удара побежденный самостоятельно не встанет и не может дальше вести бой.

Чемпион соединения по боксу приехал домой на велосипеде. Штаб дивизии находился в тридцати километрах от города, в котором проходили службу офицер Макаров и рядовой Кузнецов. Татьяна, узнав о победе своего мужа на ринге, крепко его обняла. Затем, поцеловав в губы, со слезами на глазах произнесла:

– Сашенька, у нас в части надвигаются проблемы, да еще какие! Сегодня командирша проболталась о том, что скоро наш полк будут выводить из Германии… Сейчас все только об этом и говорят…

Для капитана Макарова и для его жены, да и для всех обитателей военного городка, эта новость была не такой уже и новой. Ротный командир всегда интересовался политикой, особенно в последнее время. Офицер иногда в силу своей занятости не успевал следить за тем, что происходило на его родине и здесь. Ему, как гражданину Советского Союза, как офицеру Советской Армии не верилось в то, что руководство многомиллионной партии коммунистов так быстро сдаст свои позиции. Не только сдаст, но и предаст интересы завоеваний социализма. От этого ему становилось не по себе. Во время политических занятий многие сержанты задавали очень «трудные» вопросы своему руководителю. Макаров на многие «каверзы» отвечал, на многие изворачивался, на некоторые он и сам ответа не находил.

Не было у него ответов и на то, что происходило на территории социалистической Германии. Немецкое общество бурлило, требовало реальных демократических преобразований. «Роковым» для советских военнослужащих был 1989 год, год сорокалетия образования ГДР. Власти юбилей отметили с большим размахом. 7 октября в Берлине состоялось торжественное собрание, посвященное этому событию. В этот же день по стране прокатилась очередная волна демонстраций. Эпицентрами политической активности населения стали города Лейпциг, Шверин, Коттбус, Карл-Маркс-штадт и другие. Все требовали свободы и демократии… 9 ноября ГДР открыла границу с ФРГ. На следующий день началось разрушение Берлинской стены…