Читаем Клятва смерти полностью

— Мы прокачали всех жильцов. Есть несколько с уголовным прошлым, но все по мелочи, ничего существенного. Мы опросим всех по новой — всех, у кого есть досье. Но я спрашиваю себя: с какой стати ей выходить из дому с оружием на встречу с кем-то из соседей?

— Она могла воспользоваться лестницей не на выход, а просто чтобы спуститься на один из нижних этажей.

Ева остановилась и нахмурилась.

— А вот это мысль. Но она перед выходом вооружилась, так что это не добрососедский визит. Было бы глупо идти без оружия на сомнительную встречу. Тогда зачем убийце, если он уже в доме, блокировать камеру наблюдения за дверью черного хода? Может, чтобы сбить нас со следа, — ответила Ева сама себе. — Чтобы мы искали кого-то со стороны.

Она снова начала мерить шагами кабинет.

— Ненужное осложнение. Но мы еще раз опросим жильцов. Просто этот шаг кажется излишним. Ладно, это обычная процедура — еще раз проверить и опросить всех.

— С электроникой я могу тебе помочь.

— Ну, это пусть Фини решает. Он всегда рад взять на борт компьютерного супер-аса. Но, может, у него и без тебя все под контролем. А вот мне надо перетрясти еще кучу дел. Надо изучить ее текущие дела, закрытые, открытые, да плюс к тому еще все то, что мне прислали из Атланты. Ты умеешь — да-да, знаю, для тебя это оскорбление, — но ты умеешь мыслить как коп. Может, взглянешь на Атланту? А я возьму на себя Нью-Йорк. К тому же по ним надо провести перекрест. Мне надо знать: вдруг что-то из прошлого связано с настоящим?

— С этим я справлюсь быстрее, чем ты.

— Да уж, справишься. — Ева повернула голову. — А кроме того, ты умеешь мыслить как преступник, а это тоже очень кстати. Ты бы послал ее оружие ведущему следователю? Зачем? А если нет, почему нет?

— Прежде всего я не стал бы брать ее оружие. Умный преступник ничего не берет, если только это не прямая и честная кража, — а в данном случае кражей и не пахнет, — и ничего своего на месте не оставляет, потому что любая мелочь может связать его с местом преступления.

— Но он взял оружие. И я не сказала бы, что он глуп.

— Значит, преследовал какую-то цель. Оставить стволы на месте, особенно если он пустил ее оружие в ход, чтобы убить, это, по-моему, читалось бы как оскорбление ей. И тебе или любому, кому досталось бы это дело. Но он забрал стволы, значит, они служили какой-то иной цели. Пусть даже он просто хотел уязвить тебя, раз уж послал их тебе. Он не профессионал.

— Почему ты так думаешь?

— Профессионал делает дело, уходит и движется дальше. Он не станет дразнить полицию.

— Согласна. Может, он профессиональный преступник, но убийство не было профессиональным. На поверхности выглядит просто, но на самом деле для простой заказухи оно было слишком мудреным. И слишком личным. При обычном заказном убийстве ты не станешь брать ее в набитом битком здании. Нет, ты выманишь ее из дому, ну, допустим, на встречу. Берешь ее на месте встречи или по дороге. Ему что-то было нужно: то ли информация, то ли еще что-то, что она могла взять с собой. Что это, мы не знаем. А может, и наоборот: он что-то хотел сказать ей, что-то передать, перед тем как убить ее. И еще он хотел, чтобы ее нашли поскорее. Сейчас я займусь доской, прокачаю кое-какие вероятности, а уж потом перейду к делам, которые вела Колтрейн. — Ева вытащила диск. — Вот Атланта. Все данные на моем офисном компьютере. Я знаю, у тебя есть к нему доступ.

— Ну что ж, приступаю к работе.

— Рорк. — Эта мысль точила ее весь день, и все же ей не хотелось задавать ему вопрос. Она вообще не собиралась об этом заговаривать. — Моррис… Я сегодня с ним говорила, и он сказал, что когда тебя связывают отношения с копом… он сказал, что каждый день приходится подавлять в душе беспокойство, нет, страх, — честно признала Ева. — Он сказал, страх. Это правда?

Рорк спрятал диск в карман, взял ее за обе руки, потер большим пальцем ее обручальное кольцо. На кольце по его заказу был выгравирован старинный узор: кельтское заклинание-оберег. Для защиты.

— Я влюбился в то, что ты есть, в то, кто ты есть. Я взял весь пакет.

— Это не ответ на мой вопрос. Но я его приму.

Он оторвал взгляд от кольца и встретился с ней глазами.

— Разве я могу любить тебя и не бояться? Ты моя жизнь, Ева, ты мое сердце. Ты хочешь знать, беспокоюсь ли я, страшусь ли я, что когда-нибудь Пибоди, или Фини, или твой командир — коп, ставший мне другом, — позвонит мне в дверь? Конечно, я этого боюсь.

— Прости. Хотела бы я…

Рорк не дал ей договорить, закрыв ее рот поцелуем. Один поцелуй, еще один…

— Я ничего не стал бы менять. Моррис прав, это надо подавлять в душе и жить дальше. Если б я не мог это блокировать, вообще не выпустил бы тебя из дому. — Теперь он поднес к губам ее руки. — И что бы тогда с нами было?

— Я осторожна.

Рорк бросил на нее взгляд, полный насмешки и досады.

— Ты умная, — сказал он, — опытная. Но ты не всегда так осторожна, как могла бы быть. Я женился на копе.

— А я тебе говорила: не надо.

Теперь он рассмеялся и поцеловал ее прямо в нахмурившийся лоб.

— Разве я мог тебя послушать? Я чертовски здорово научился этому — быть женатым на копе.