Читаем Клетка полностью

И все было бы прекрасно, если бы ровно в двадцать пять минут девятого в комнату не постучали. Слабо так, умирающе. Сэлл завернулся с головой в одеяло, решив наплевать на все порядки, но стук повторился. Все такой же еле слышный. И поэтому еще более противный, раздражающий, от которого не удалось бы спастись даже в бункере. Как японская пытка каплями воды по темечку. Долбаная акустика!

– Ну? – Сэлл приподнял голову.

Что за настойчивая мышь там скребется?

Но с той стороны не отреагировали.

– Ну? Кто там? – повторил он, еще больше раздражаясь. А потом встал с кровати и сам дернул за ручку двери.

– Ой, – пискнула мышь, разомкнув брекеты, и впилась взглядом в парня. Ниже пояса. Покраснела. Чем весьма развеселила парня.

– Трусы как трусы! – хмыкнул Сэлл и нахмурился. – Чего тебе?

– Там это… – замямлила Зубатка. – Всех собрали на инструктаж… Ну и… в общем…

– Так иди!

– А ты?

– А я к тебе в телохранители не нанимался!

– В смысле? – захлопала глазами девчонка.

– В смысле? – передразнил ее Сэлл, но без злобы добавил: – Двигай булками, а то без тебя начнут.

– Я думала…

– Слушай, не испытывай мое терпение!

– Хорошо, – покорно пролепетала она и без лишних слов пустилась прочь по коридору.

Ну и народец! Сэлл даже улыбнулся и мотнул головой.

А через час под дверью обнаружил записку – расписание занятий на сегодня. Понятно, чьих рук дело! Ухмыльнулся. Ну что ж, на послеобеденное занятие ради интереса можно и сходить. Но для начала найти бы место, где можно спокойно покурить. Кругом эти долбаные противопожарки!

Сэлл накинул рубаху поверх футболки и без особого энтузиазма поплелся по коридору к выходу. Сад не завянет, если он покурит где-нибудь в его зарослях. Вообще он бы не парясь затянулся прямо на пороге, но там амбалы из охраны – набегут как тараканы. Сэлл их не боялся, однако, если в этих стенах на ночь запирают, где гарантия, что после такого в карцер не закроют? А без сигарет он там сдохнет! Сто раз пытался бросить, но где там? Он вдыхал табачный дым еще с молоком матери! Та пыхтела как паровоз все эти годы. А пассивное курение похлеще любой наркоты.

У лестничного пролета столкнулся с тем лохматым ушлепком, который хотел поставить Сэлла на место в день приезда, в холле. Думал, и сейчас тот снова что-нибудь крякнет в его сторону, но пустобрех сделал вид, что кроме него на лестнице никого. Вот и замечательно!

Внутри свербело. Уже не терпелось сделать хотя бы две-три затяжки. Сэлл даже подумал, что, обогнув здание школы, пристроится где-нибудь под окнами – к чему бежать далеко? Но когда он оказался на заднем дворе, все прошлые мысли и желания тупо рухнули. Сэлл даже присвистнул – ни черта себе! При огромном желании здесь можно было тренировать мировых чемпионов по всем видам спорта!

Захотелось тут же рвануть к турнику и сделать пару подходов. Но его окликнули:

– Эй! Ты чего здесь вынюхиваешь?

– Я? – Сэлл даже опешил на мгновение. Тем более что ему не сразу удалось найти взглядом того, кто с ним разговаривает.

– Ты, ты! Не я же! – в чужом хрипловатом голосе слышалось веселье, и Сэлл наконец-то увидел мужчину-афроамериканца в рабочем комбинезоне, который вразвалку выходил из зарослей кустарника. Садовник.

Парень расслабился:

– Нюхать – не в кайф, – хмыкнул он и смело взглянул в глаза собеседнику.

– А что же в кайф?

Сэлл кивнул в сторону площадки.

– А я думал, ты курнуть пришел, – сипло расхохотался садовник, и его толстые губы оголили щербину меж зубов.

– И это тоже, – не скрывая, подтвердил Сэлл.

– Нет, парень. Тут либо одно, либо другое! Иначе кишка завернется.

– Три подхода по десять. Спорим?

– Три по десять? – Афроамериканец снова рассмеялся, бросив в траву перчатки и секатор. – Пять по пятнадцать!

– Пять по пятнадцать? – недоверчиво переспросил Сэлл и покачал головой: – Я не Майкл Экерт[1].

– Я тоже не сержант морской пехоты! Но кое-где плавал. Садовник шустро прошел по тропинке до теннисного корта, обогнул его и встал под перекладиной.

– Считай! – скомандовал он.

И Сэлл, не веря своим глазам, отсчитал ровно столько, сколько сказал этот с виду щупленький мужичок уже преклонного возраста.

– Так что завязывай ты с этой дрянью, парень, – подмигнул садовник, подхватил перчатки и секатор и как ни в чем не бывало возвратился к своим обязанностям.

И Сэлл не рискнул сделать ни одного подхода. Впрочем… и курить он тоже не стал.

На химии Сэлл привык скучать. Но это в старой школе, где все приходилось осваивать буквально на пальцах: ни лаборатории, ни реагентов – отстрелялся по формулам и свободен, можно пялиться в окно. Здесь же на каждом столе стояли штативы с колбочками, какие-то порошочки, жидкости, куски непонятного вещества. Разумеется, кто-то отпустил шуточку, что это подпольная кухня дури, остальные его поддержали, дебилы. Принялись гоготать, красуясь перед телками. Те тоже в долгу не оставались. Даже Зубатка. Кстати, идиотка устроилась рядом, через проход от Сэлла.