Читаем Клеопатра полностью

Вот что случилось потом. Восемь дней меня скрывала старая женщина Атуа, пока тело божественного Аменемхета, моего отца, готовилось к погребению искусными бальзамировщиками. Когда они наконец закончили, я тайно выбрался из своего убежища, совершил приношения духу моего отца и, положив ему на грудь цветок лотоса, ушел, охваченный печалью. А на следующий день я с того места, где лежал затаившись, увидел жрецов храма Осириса и святилища Исиды, которые торжественно пронесли расписанный красками гроб отца на священное озеро и поставили его на погребальную солнечную ладью под навес. Потом они совершили символический ритуал суда над мертвым, провозгласили отца достойнейшим и справедливейшим из людей, а после положили его рядом с его женой, моей матерью, в глубокую усыпальницу, которую он высек для нее в скале недалеко от места, где покоится священный Осирис и где я, несмотря на мои преступления, надеюсь скоро лечь. Когда церемония была окончена и отца похоронили, а усыпальницу запечатали, мы с Атуа извлекли из тайной сокровищницы богатства отца, надежно их укрыли, и я, переодевшись паломником, поплыл вместе со старой женщиной Атуа по Нилу в Тапе[30]. В этом огромном городе я задержался, пока искал место, где мог надежно спрятаться и жить в уединении.

И такое место наконец нашлось. К северу от города, посреди раскаленной солнцем пустыни расположены бурые каменные утесы, и в этом неприступном безотрадном месте находятся выбитые в толще камня усыпальницы моих предков, божественных фараонов, которые приказывали высекать себе гробницы в толще скал. Они были так искусно скрыты, так хитро замаскированы, что к нашему времени местоположение большинства из них забыто. Однако есть и такие, которые ныне стоят открытыми, ибо проклятые персы и прочие грабители вскрыли их в поисках спрятанных сокровищ. Однажды ночью – ибо только по ночам я решался покидать свое тайное убежище, – когда небо начало сереть и рассвет только-только озарил вершины скал, я забрел в эту печальную долину смерти, подобной которой нет больше нигде в мире, и через какое-то время увидел скрытый среди огромных валунов вход в скрытую гробницу. Позже я узнал, что это было место захоронения божественного Рамсеса, третьего из фараонов, носивших это имя, который воссоединился с Осирисом еще в древности. В бледном утреннем свете, пробивающемся сквозь вход, я рассмотрел, что гробница была большой и что внутри она разделена на множество разных камер.

Следующей ночью, прихватив светильники, я вернулся сюда вместе с моей старой няней Атуа, которая стала преданно служить мне, как в те времена, когда я был еще беспомощным несмышленым младенцем. Мы исследовали огромную величественную гробницу, нашли наконец большой зал, где стоит гранитный саркофаг, в котором покоится мумия божественного Рамсеса, и увидели мистические тайные знаки, начертанные на стенах: змею, кусающую себя за хвост; Ра, покоящегося на скарабее; Ра, покоящегося в Нут; иероглифы в виде безголовых человечков и многие другие тайные символы. Я был посвящен в древние таинства и потому без труда понял значение этих символов. От длинного наклонного коридора отходило несколько камер, украшенных прекрасными настенными росписями и многими другими вещами. Под полом каждой из этих камер почивает тот, кому посвящены эти рисунки на стенах – известного мастера в своем искусстве или ремесле, который со своими помощниками жил при дворе божественного Рамсеса. На стенах последней камеры, с левой стороны, обращенной к залу с саркофагом, росписи особенно хороши, там изображены два слепых арфиста, играющие на своих изогнутых арфах перед богом Моу, а под плитами пола мирно почивают эти самые арфисты, которым уже никогда не держать арфу на этой земле. Здесь, в этом мрачном месте, в обители, где покоятся арфисты, в обществе мертвых я и поселился. Восемь долгих лет я провел там в покаянии, неся наказание за совершенные мной преступления и искупая свою страшную вину. Атуа, которая любила свет и хотела быть ближе к нему, поселилась в камере с изображением ладей, а это первая камера на правой стороне галереи, если смотреть в сторону зала с саркофагом Рамсеса.