Читаем Кленовые тайны полностью

— Только дураки полагаются на удачу, — веско проговорила студентка, — я делаю всё наверняка, — и, встретив скептический взгляд Рики, продолжила, — если приворожить надо кого, я обливаю цветочек розовым маслом для девушки и маслом кедра для парня. Потом цветочек нужно сжечь, а пепел выпить вместе с любой жидкостью, всем сердцем желая признанья любимого человека. Раньше я практиковала пришпиливание теней булавками, но выглядело как-то по-детски, и я отказалась от этой практики. Пока клиент занимает свой ум размышлениями об объекте нежной страсти, я не теряю времени: иду к этому самому объекту и от его имени в любви, в ярких красках расписывая чувства несчастного влюблённого.

— Неужели такая чушь срабатывает?

— Ещё как! Главное подобрать нужные слова для признания. Теперь о привлечении удачи во время сессии. На кусочке шкурки ящерицы необходимо написать номер билета, который ты хотел бы получить, и положить в левый туфель непосредственно перед экзаменом.

— Вот по поводу этого у меня большие сомнения, — заметил коррехидор, — более того, я уверен, что никакие цифры в башмаке не могут сместить вероятность события, каковой по сути и является выбор билета во время экзамена.

— Естественно. Но я нередко проявляю похвальное желание помочь преподавателю, и многие не пренебрегают помощью добровольного волонтёра, — хитро улыбнулась Яна, — потом мне остаётся вытащить из специального конверта свой кусочек шкурки, на нём якобы написано место расположения их счастливого билетика. Даже, если бы Сюся прознала про мои маленькие хитрости, я поплатилась бы массовым оттоком клиентов перед экзаменами. Ибо мастерство объясняться в любви всегда пригодится, даже без сжигания засушенных цветочков. И, кстати, — она прищурилась, — с краской, возможно, вы копаете не там. Не одни девушки любят изменять свою внешность. Приглядитесь, ведь волосы можно не только чернить, но и осветлять.

— Хорошо, — проговорил Вил.

Действительно, прегрешения Яны Окуры не тянули на повод для убийства. Если только не принимать в расчёт возможных наркотиков. Мнение доктора Дуги совершенно не вдохновило коррехидора, и он никак не мог отделаться от ощущения, что перечисленные симптомы «переутомления от усердных занятий» вызывали ассоциацию с яталем — наркотиком из южной островной Империи Алого лотоса. В минувшем году газеты подняли шумиху из-за распространения этой новой дури в Кленфилде. Тогда ещё отец Вила пустился в обычные для него воспоминания о своём славном военном прошлом и подавлении восстания на юге. Он рассказывал, что противник поголовно жевал ятку — листья жестколистного кустарника, после чего мог сражаться без отдыха, сна, еды и с притуплённым чувством страха. Вил без обиняков спросил об этом Яну.

— Ну, раз уж вы знаете, глупо скрывать, — проговорила она, — продают у нас ЭТО. Скромно именуется «мелочишкой». А что? — девушка пожала плечами, — вопросы: что там с мелочишкой? Не видел ли мелочишку? Не одолжишь ли мелочишки? Ни у кого подозрений не вызывают. Скажу честно, я пробовала всего один раз, надеялась, что эта самая мелочишка во мне магические цепи обнаружит и замкнёт.

— Глупости, — сразу среагировала Рика, — только притупит. Способности к магии либо есть, либо нет, и нет такой силы, что могла бы их дать. Вот запереть цепи можно, только сие влечёт необратимые последствия для психического и физического здоровья чародея.

— А кто занимается в институте «мелочишкой»? — спросил коррехидор.

— Я не знаю, — последовал ответ, — и не уверена, что хоть кто-то об этом знает. Да и сам вопрос у нас предпочитают обходить стороной. Меньше знаешь, крепче спишь.

Они задали ещё несколько вопросов, но ничего стоящего так и не выяснили, зато возвратившаяся соседка клятвенно подтвердила, что весь вечер Яна провела в своей комнате.

— Мы ритуал проводили, — округлив глаза, сообщила новенькая.

— И какой, позвольте полюбопытствовать? — спросила Рика.

— Ритуал, чтобы я в коллектив лучше влилась, — последовал ответ.

Чародейка только вздохнула, не по поводу ритуала, он, естественно,

Тётка любезно приютила у себя заместителя по учебной части, а её просторный кабинет с обилием редкостных комнатных растений был предоставлен в безраздельное пользование Королевской службе дневной безопасности и ночного покоя на всё время проводимого расследования.

— Итак, что мы имеем? — восклицал Вил, ероша волосы, — у нас трое убитых, и ни одного подозреваемого. Предположим, что дело в наркотиках. Кто-то продаёт дурь студентам, а убитая Сюся прознала про это.

— Что не мудрено, учитывая привычку убитой совать везде свой нос. Да, тут простым предупреждением не отделаться, — заметила чародейка, — натуральная уголовщина с серьёзными последствиями.

— Хорошо. Давайте примем сие предположение за отправную точку. Тогда, быть может, и то преступление, о котором столь широковещательно заявлял наш детектив-любитель Ютако Кензи может иметь отношение как раз к этому. Он узнал, кто продаёт наркотики. Пригрозил разоблачением, убийца соглашается, а потом убивает Кензи и Андо. Как вам такой поворот дела?