Читаем Кленовые тайны полностью

— Да нет, вроде. Сюся (это мы ей такое прозвище придумали) зловредным характером отличалась, придиралась по поводу и без. Чуть что такой раздражённый тон врубала, мама не горюй! Разом себя виноватой чувствуешь, что «почтенную женщину едва до сердечного приступа не довела!» Вчера она даже особо на меня и не орала. Так, понудела немного, мол, мы воли много взяли, что в её-то время студенты и глаз поднять не могли, не то, что космы в разные цвета красить, да в рванине ходить. Про рванину — это по поводу моей мантии.

— Хорошо. А что потом вы что делали?

— Новой соседке устраиваться помогала. К нам новенькая поступила, её ко мне вместо Майны подселили. Ничего, так девушка, уважительная, спокойная, мы с ней поладим.

Коррехидор взял с Яны Окуры слово никому не рассказывать об их разговоре и всём остальном, что она видела, после чего выпроводил её из комнаты, под жалобные просьбы в сторону чародейки подумать том, чтобы взять себе ученицу.

— Что скажете? — спросил он, когда шаги Окуры стихли в отдалении.

— Возможно, у странной девицы был мотив свести счёты с Сюсей, как они её уничижительно называли.

— Убийство из-за крашеных волос? — прищурился он, — к тому же каким-то экзотическим ядом, о котором я услышал от вас всего-то минут пятнадцать назад. Слишком притянуто.

— Предложите свою версию. Пускай, моё предположение и хромает, но смерть женщины, имеющей несомненную склонность к спиртному от случайного фактора, чем вас не устраивает? Вкус яда не настолько выражен, чтобы человек в состоянии алкогольного опьянения мог его вычленить и забеспокоиться. К тому же пьянство и табак, — чародейка кивнула в сторону пепельницы и мундштука с почти докуренной папиросой, — притупляют обоняние и вкус.

Вил задумался. Что-то в ситуации со смертью заместителя тётки по безопасности института его не устраивало. Он прошёлся по комнате, ещё раз осмотрел стол с бутылками и пепельницей, понюхал стакан, но оттуда липкий овощной запах уже по всей видимости успел повыветриться. Он сделал несколько шагов в сторону дорогого буфета.

— Я понял, — проговорил он, открывая створку, — что не давало мне покоя. Бутылки. Почему опытная женщина, а по виду ей никак не меньше пятидесяти лет, поставила рядом бутылку со спиртным и бутылку с разведённым ядом. Обычно так люди не поступают. Да и приготовление отравы на базе бренди — весьма экзотично.

Он открыл створку на другом уровне. Там стояли сахарница, чайник, чашки и стаканы. Вдруг одна вещь привлекла внимание коррехидора.

— Готов держать пари, что вчера у госпожи Саюси был собутыльник. И этот самый собутыльник — убийца, который и отправил её к праотцам. Идите сюда.

Чародейка подошла.

— Видите?

Перед её глазами было самое обычное содержимое буфета.

— И что я должна увидеть, кроме того, что покойная была аккуратной хозяйкой?

— Ничего в глаза не бросается?

— Ничего, кроме перевёрнутого стакана, — пожала Рика плечами.

— Бинго! — воскликнул коррехидор, — перевёрнутый стакан — это именно то, что позволяет мне утверждать о вечернем посетителе, который пил вместе с убитой бренди из первой бутылки.

Он поднял двумя пальцами стакан и показал на пятно, что оставила на полированной полке влага из перевёрнутого стакана.

— Буфет дорогой, даже полки полированные. Госпожа Саюси, как вы верно подметили, была добросовестной и бережливой хозяйкой. Она никогда не ставила мокрую посуду в буфет, чтобы не повредить полировку полки. Видите? — он приподнял чашки, — ни одного мокрого, вздувшегося следа больше нет. Следовательно, стакан вымыл и поставил перевёрнутым в шкаф кто-то другой. Этот человек привык ставить посуду у себя именно так, и в этот раз автоматически перевернул мокрый стакан. Он вымыл свой стакан и убрал его на место, чем надеялся скрыть своё присутствие минувшим вечером, но сам только выдал себя с головой.

— Надо же, — Рика потрогала вспухшую полировку, напоминающую ожог на коже человека от горячего, — наверное, убийца не знал об этом. Я вот тоже никогда не сталкивалась с таким явлением и не задумывалась о подобном.

— Видимо, сие знание остаётся тайной для всех тех, у кого дома не было полированной мебели, — он вздохнул, — мне этот урок преподал Фибс ещё в возрасте лет семи. Он показал мне, как попортится дорогая мебель от соприкосновения с водой.

— Я с семи лет в Академии магии, — откликнулась чародейка, — а в Кредо чародея, которое дают все артацы, практикующие магию, в принцип возводятся аскеза и нестяжательство. Поэтому полированной мебели в общежитии не наблюдалось, и о пагубном воздействии влаги на неё я не подозревала до сего дня. Но вы, несомненно, правы. Человек многие действия делает, не задумываясь, так, как привык производить их каждый день. Получается, убийца был хорошо знаком госпоже Саюси, настолько хорошо, что она выпивала в его или её компании.

— Её? — сдвинул брови Вил.