— И вам спасибо, — киваю я, поворачиваюсь к двери комплекса и замечаю Леню. Агрессивного и явно не в настроении. Но моего хватит на двоих. Иду к нему летящей походной, протискиваюсь мимо напряженной фигуры.

— Спасибо, что заказал мне такси.

— Какое еще блять такси, — тормозит меня за плечо. — Хочешь сказать, что этот мажор не очередной твой ухажер? Что он не просто так подвозил тебя.

— Это шутка такая? Ты меня проверять вздумал? — дергаю рукой и он тут же отпускает. Я иду по лестнице вверх, он за мной.

— Вера…

Поворачиваюсь резко, смотря прямо на него, наверное, впервые сверху вниз.

— Он приехал утром, сказал, что ты заказал мне такси.

— Если тебе нужно такси, позвонила бы, я бы заказал.

— Да при чем тут это! Я его впервые вижу, а ты уже претензию предъявил, что я с ним сплю!

— Да я не так сказал!

— Я поняла именно так!

— А какого хрена ты сегодня такая красивая! Для кого старалась?

— Старалась я, потому что зла на тебя! — ору как чокнутая, а Леня кажется подвисает. Делает шаг ко мне, а я от него. — И что, обычно, я не красивая.

— Ты всегда охуенная. Просто сегодня сияешь глаз вырви, и я решил…

— Что я решила с кем — то потрахаться, раз ты мне не доверяешь?

— Вер, ты мне мозг взорвешь скоро. Ты ела?

— А когда бы я поела, если я марафет наводила. Знаешь, сколько нужно времени, чтобы высушить такую копну?

— Ну хочешь я тебе этот, «Дайсон» куплю, он говорят быстро сушит, — пожимает плечами, делает еще один шаг.

— Ага, чтобы ты потом сказал, что я шлюха, раз принимаю подарки.

— Я просто так подарю, не за секс…

— То есть ты хочешь больше меня?

— Тупее вопроса ты задать не могла?

Я бы, наверное, и не отступала дальше, но мимо прошел клиент клуба и мы сделали вид, что стоим просто так, не разговаривая. Здороваемся. Я в ответ улыбаюсь.

— А можно блять не улыбаться каждому мужику?

— Нельзя, я работаю фитнес — тренером. И я вообще отчитываться перед тобою не должна.

— Не должна, — бесится он, почти рвать и метать готов. Но при этом снова приближается, а я отодвинуться не могу, загипнотизированная его взглядом. — Ты есть-то будешь?

— Смотря что.

— Я заехал в Хлеб и Соль… — пытается он успокоится, но я прям вижу, как его потряхивает. То ли от нашей почти ссоры, то ли от того, как он близко. Еще ближе. До такой степени, что теперь я могу заметить намечающуюся щетину на его щеках, ощутить запах геля для душа, от его кожи. — Если ты конечно помнишь.

Помню ли я кондитерскую, откуда он постоянно таскал мои любимые пироженки с кремом белковым и чизкейк? Шутит?

— Чизкейк взял? — прячу руки за спину, иначе обниму, ей-богу обниму. Ну или ударю, а его странные игры с таксистами.

— И Раф. Пьешь его еще?

— Попробую, вдруг он испортился за столько времени.

— Разве что остыл, но всегда можно подогреть в микроволновке, — ставит он руку над моей головой, а я взглядом в губы его впиваюсь. Что я там себе обещала, не разговаривать с ним? Да, я почти не разговариваю.

В этот момент на лестнице снова появляется клиент и Зверев кивает на двери.

— Пойдем, а то раф скоро выкипит.

— Пусть твой раф даже не надеется, — фыркаю я и поднимаюсь, не забывая вилять задницей. Главное помнить, что он мне не доверяет, да. Главное помнить, что нужно быть гордой. Только вот стоит двери его кабинета закрыться, а мне окунуться в запах кофе, запах прошлого, когда раф всегда остывал, потому что мы не успевали его выпить, как установки просто таят. Все установки летят к чертям, потому что я уже прижата к стене, а Леон нависает сверху.

— Если вдруг к тебе подходит какой — то мужик и говорит, что он таксист, то нужно хотя бы позвонить мне. И спросить, вызывал ли я его, понятно?

Я сглатываю, по коже мороз, поясницу ломит, а между ног горячо.

— Значит это не проверка?

— Нет, скорее подстава, и я разберусь чья, — он наклоняется, а меня ведет, штормит как на корабле в открытом море. Нужно звать на помощь, нужно как — то бороться, а меня только сильнее затягивает. Я упираюсь руками в грудь своего тирана, а он только сильнее давит, ослабляя чертову гордость.

— Я не буду тебя целовать, даже не надейся, я вообще не планировала с тобой заниматься сексом, Леон, понял меня? — он кивает, не дает даже пискнуть, когда пальцы подцепляют резинку штанов вместе с трусами и спускают на колени. Он садится на корточки, сжимает ягодицы руками, приподнимая их так, чтобы я пахом оказалась ровно на его лице. Я ловлю ртом воздух, задавая совершенно глупый вопрос.

— Что ты творишь!?

Глава 49

Леня

Этот вкус не забыть. Он буквально растворяется на языке, что — то типа шоколада с соленой карамелью. Влажные, набухшие складочки, по которым веду языком. Губами сжимаю.

Чувствую вибрации, чувствую, как дрожит малышка. Как за плечи цепляется, шею сжимает.

От этого возбуждение вулканом внутри ощущается. Взрывается. Потоком обжигающей лавы по нервам хлещет. Трахнуть ее сейчас проще простого, но оторваться не могу. Вылизываю соки, что обильно в рот текут, клитор цепляю и посасываю.

Крышак давно слетел, только инстинктами живу. Нужна и все.

Дел дохера, работать надо, сестру лечить, а я только и думаю с кем она, под кем она.