Читаем Клеймо дьявола полностью

Как выяснилось после обеда, в высшей степени превосходного, сказать «сделаю» было легче, чем сделать. Потому что у Лапидиуса не осталось йодированной ртути. Так что пришлось действовать по старинке и вначале добывать чистый hydrargyrum, прежде чем замешивать мазь. Дело было несложное, но требовало многочасового труда. Он начал с того, что установил во дворе железную треногу. В ее кольце прочно держался большой глиняный горшок, который Лапидиус извлек из сарая позади своего дома. Потом из ящика с образцами пород достал несколько крупных кусков лучшей испанской киновари. Сложил их в горшок. После этого выскреб из атанора и добавил на два пальца золы. Утрамбовал ее буковым поленом. Первый этап работы был на этом закончен.

Лапидиус устроил себе передышку и пошел вверх по Бёттгергассе, где строился новый фахверковый дом, и попросил у застройщиков полведра песчанистой глины.

Вернувшись на свой двор, он взял второй горшок, чуть меньше первого, и, перевернув вниз горлышком, поставил на больший. Потом тщательно обмазал место их соединения глиной. Сложил под треногой дрова для растопки и запалил их. Вскоре с помощью меха он разжег потрескивающий костер — и взмолился Богу, чтобы не пошел дождь.

Он подкладывал и подкладывал поленья, потому что для того, чтобы hydrargyrum парился из киновари и через слой золы возгонялся вверх, во второй горшок, требовалось время. Оттуда, если все пойдет как надо, ртуть, сконденсировавшись, будет падать на золу нижнего горшка.

И ему удалось. Его охватило чувство триумфа, когда он увидел шарики чистой ртути, переливающиеся на золе. Он, конечно, знал давно этот способ получения ртути, но сам провел эксперимент впервые.

Следующий этап он проводил в своей лаборатории. С помощью атанора нагрел hydrargyrum до такого состояния, что получились красные кристаллы окиси ртути. А он знал, что их можно замесить, как и йодированную ртуть, в мазь, добавив ланолина. И эта мазь тоже годилась для лечения сифилиса.

Изготовив мазь, он пошел к колодцу и тщательно вымыл руки. Потом вернулся в дом и позвал Марту:

— Чё, хозяин?

— Свежая мазь готова. Иди натри Фрею.

— А я-та как раз собиралась к матушке.

— Хорошо, иди ради бога. Только не надолго. Мазь должна непрерывно воздействовать на кожу.

— Ладна, ладна, хозяин.

Марта поспешила исчезнуть.

Лапидиус, утомленный физическим трудом, сел в любимое кресло. Изготовленной мази должно хватить до конца курса, и, с Божьей помощью, Фрея будет снова здорова. Вопрос только в том, что от этого толку, если судья Мекель со своими заседателями приговорят ее к сожжению на костре. Уже поэтому надо доказать ее невиновность, без всякого сомнения.

Женский череп, как выяснилось, не так продвинул его вперед, как он надеялся. И с рогами, ему казалось, все будет просто: стоит только найти козла, у которого они отпилены, как он сам по себе приведет к убийце. Но реальное положение дел научило его уму-разуму. Даже если бы он нашел того козла, это еще не было доказательством. Его хозяин не обязательно должен быть убийцей, ведь рога мог отпилить кто угодно, под покровом ночи и мглы. А даже если бы вина и лежала на самом хозяине, так надо еще доказать. Что при наличии бегающих по всему городу безрогих козлов практически не представлялось возможным.

По крайней мере, размышлял Лапидиус дальше, надо обладать немалой сноровкой, чтобы закрепить рога в черепе. Да, сноровкой и инструментом. Здесь нужна не только пила, но и бур. Большой бур, чтобы просверлить в лобной кости дырки. Его бросило в дрожь, когда он представил себе, как бурав вгрызается в череп убитой. Стоп! Бур! Это может оказаться ниточкой.

Лапидиус подскочил от возбуждения. Ну конечно! Не у каждого в Кирхроде есть такой инструмент. А если на то пошло, так у очень немногих. У ремесленников, например, плотников, кузнецов, слесарей. Он снова сел и заставил себя успокоиться. Он уже потерпел поражение с козлом и теперь не хотел допускать ту же ошибку. Если он выищет разных людей с подходящим буром, могут ли они все подпадать под подозрение, как и владельцы козлов? Да. Снова тупик. Он размышлял дальше. А если на инструменте окажутся следы? Кровь или частицы кожи? Тогда другое дело. Лапидиус выглянул в окно. Еще как минимум часа три будет светло. Достаточно времени, чтобы поискать подозрительных мастеров.

— Как я, скорехонько, а, хозяин? — В дверях стояла Марта, розовощекая, в облаке прохладного воздуха. — Матушка вам кланится.

— Спасибо.

Лапидиусу пришла в голову мысль. Он спросил Марту о местных плотниках, кузнецах и слесарях, спросил улицы, где у них мастерские.

— А чё тако, хозяин?

— Не задавай много вопросов. Просто расскажи.

За неимением под рукой клочка бумаги он открыл чистую страницу в своем журнале.

— Ну ладна, хозяин.

Марта начала перечислять, усиленно морща лоб, а Лапидиус все подробно записал. Под конец он отметил имена девяти уважаемых мастеров, которые жили не слишком далеко отсюда.

— Спасибо, Марта. — Лапидиус сунул книжонку в карман, прошел в переднюю и накинул плащ. — К ужину вернусь.