Утром 22 февраля Янукович — встретился в Харькове с Юлией Тимошенко накануне ее освобождения. Он рассчитывал, что она выступит в качестве лица, гарантирующего его неприкосновенность — как, возможно, и некоторые его обязательства. Однако Юлия Владимировна таким гарантом выступить не только не хотела, но и не могла: на тот момент она явно не была уверена в собственном будущем. Ведь далеко не весь революционный авангард хотел ее возвращения в политику. И ей это дали понять буквально сразу же: на Майдане ее речь, театрально поставленная и прочувствованная, была трижды прервана как бы по случайным обстоятельствам, а на следующий день пять тысяч демонстрантов потребовали от недавней узницы убраться вон. Зато «сахарному королю» Петру Порошенко, ни дня не побывавшего под судом и в наручниках, «Правый сектор» почтительно аплодировал.

Только 28 февраля, буквально накануне смены власти в Крыму, Виталий Кличко рассказал со слов Тимошенко, что вот теперь, когда с нее наконец сняты все судебные обвинения, она готова баллотироваться на пост президента. Сказала в частном порядке, что готова — и тут же самоустранилась в германскую клинику «Шарите». А по пути туда, на съезде Европейской народной партии в Лондоне, сделала все возможное, чтобы выставить «друга» Виталия Кличко политической пустышкой.

Все то время, когда обезоруживался украинский флот в Крыму, Юлия Владимировна провела на физиотерапии по поводу радикулита. Все то время она ждала сигнала от «вашингтонского обкома». А там шла борьба бульдогов под ковром.

Наркоджентльмены и нарколеди

Напомним, клановое противоборство американских экспансионистов дошло до апогея в канун Мюнхенского саммита по безопасности. Там Джон Керри запечатлел себя на фото с двумя украинскими политиками — Арсением Яценюком и Петром Порошенко. Госсекретарь, на которого обрушился целый град ударов в Вашингтоне, вписался в альянс с Джоном Маккейном. У Маккейна якобы был некий уникальный ключик от Украины. Точнее, от одесско-румынского контрабандного коридора.

Джеймс Карден, экс-советник президентской комиссии по двусторонним российско-американским отношениям при Госдепартаменте в 2011–2012 годах, весьма выразительно описал поведение Маккейна на сенатских слушаниях в середине января на страницах изоляционистского American Conservative: «Заявив, что Украина — это страна, которая хочет быть европейской, а не российской, и что украинский народ открыто просит о помощи, он (Маккейн) дважды повторил — в рамках довольно странных отступлений — что Россия ввела эмбарго на украинский шоколад. Казалось, что этот запрет на импорт украинского шоколада в Россию беспокоил его больше всего».

Маккейна уже многократно ловили на эпизодах лоббизма, выходящего за все границы приличий. Кто вывел его на производителя кондитерских изделий под маркой Roshen (без «по» в начале и «ко» в конце, для маскировки)? Возможно, его многолетний помощник Рэнди Шойнеман, официально числившийся лоббистом интересов нескольких балканских стран, а также Грузии. Во всяком случае, если верить тем источникам, на которые ссылались разоблачители Порошенко из окружения Александра Турчинова, Шойнеман присутствовал в августе 2008 года в Тбилиси вместе с сотрудниками управления «Р» Главного управления разведки (ГУР) Минобороны Украины. А оттуда отправился в Ялту, где его ждал президент Совета по международным отношениям Ричард Хаас.

Но к тому времени в украинском ГУР сменилось руководство, что очень расстраивало украинских друзей Шойнема-на: генерала Александра Галаку сменил бывший представитель Украины в Боснии Виктор Гвоздь по рекомендации то-гдашего главы секретариата президента Виктора Балоги. И в связи с этим украинская сторона не могла оказать группе Маккейна какой-то важной для нее логистической поддержки. А в Госдепе, как мы знаем из опубликованных материалов Кондолизы Райс, грузинская авантюра республиканских теневиков — хотя партия была еще при власти — воспринималась с негодованием.

Теперь тот же Рэнди Шойнеман больше всех сокрушается в связи с безвременной отставкой посла США в России Майкла Макфола. Это неудивительно. Шойнеман был одним из лоббистов этого назначения в 2011 году, сразу же поле саммита G8, вместе с коллегами-неоконсерваторами Робертом Каганом и Дэвидом Крамером, а также экс-директором ЦРУ Джеймсом Вулси.