Читаем Кицунэ полностью

Чужие города, где я ни разу не был. Странная и сложная архитектура католических или православных храмов, чужие, но невероятно прекрасные кладбища, мраморные статуи неизвестным героям или богам. Но самое главное, что мы с кицунэ вместе бродили новыми дорогами, крепко держась за руки и ни на миг не отпуская друг друга. Я даже пытался её поцеловать…

Под утро мне взбрело в голову встать и выпить воды, лисичка мирно сопела под одеялом, и я ещё подумал, что по идее мне, наверное, должны были бы сниться какие-нибудь японские сны. Ну там, допустим, резные пагоды, высокие волны цунами, сияющий неоновыми огнями Токио, всякие разные покемоны в самурайских костюмах, раскрашенные гейши или ниндзя в чёрном?

Но нет, увы, снам не прикажешь. Стоило опустить голову на подушку, как передо мной вновь возникли чудесные европейские кварталы, сияющие фонтаны на улицах, разноцветная иллюминация, какой-то шумный праздник, незнакомая, но прекрасная музыка. Казалось, я даже запомнил мелодию и мог бы её повторить утром, даже записать, если б знал ноты. Но увы, таланты Чюрлёниса не для меня…

Утром меня не разбудил запах кофе. Продрав глаза довольно поздно, часов в десять, если не в одиннадцать, я увидел, что девушка с ушками, переодевшись в розовую шёлковую пижамку, сидит за столом, внимательнейшим образом изучая мои вчерашние рисунки. Причём выражение её кукольного личика было самым серьёзным.

– Извини, ты вчера спала, и… я немного… вот. Как тебе?

– Очень нравится. Ты говорил, что твои картины не покупают, почему? Ты ведь хорош!

– Ну, мир искусства несколько сложней, чем кажется. К тому же умение рисовать и талант продавать – несколько разные вещи.

Мияко задумчиво кивнула. Я встал и отправился в ванную. Когда вернулся, выбритый, умытый и с почищенными зубами, лисичка всё ещё в той же позе и той же степени задумчивости сидела за столом. Кажется, она всерьёз задумалась над моими словами.

– Ты прав, Альёша-сан. Здесь ты ничего не продашь, в твоей стране нет культуры аниме. Но если позволишь, то у меня есть свои каналы в Японии, а там ценят руку настоящего мастера.

Не уверен, что правильно понял её, но тем не менее я послушно сфотографировал на планшет четыре рисунка. После чего кицунэ продиктовала адрес. Ок, я, не споря, отправил картинки, куда указано. Что дальше?

– Ждём, – философски поведя плечиком, объявила моя хвостатая гостья, претендующая на то, чтобы оставаться рядом со мной вечность, – не так чтобы очень уж долго, но я как раз успею приготовить тебе кофе.

Кофе она заварила буквально за пять минут. Да, уже не первый день эта лисичка умудряется готовить самый обалденный кофе из всех, что мне доводилось пробовать. И не то чтоб я был таким уж тонким знатоком кофейных зёрен арабики и робусты, однако Мияко-сан какой-то тайной азиатской, буддистской силой делала столь великолепный кофе, что у меня глаза раскрывались и сердце выпрыгивало из груди навстречу новому дню. Это круто!

– Проверь почту.

– Тебе самой трудно проверить? Я не скрываю от тебя пароль.

– Альёша-сан, не искушай, с утра нервы не резиновые. У нас, кицунэ, тоже бывают всякие проблемные моменты, и единственное, что тебе точно стоит об этом знать, – не беси меня в бесячие дни!

– Если хочу жить?

– Как ты догадлив!

Бесы из-под стола махали ручонками, умоляя меня не спорить. Мне хватило ума не ступать на минное поле, а просто принять условия игры. Женщины порой бывают весьма придирчивы и дотошны, и в целом, наверное, это не так уж и страшно, это можно перетерпеть. Я уже нарывался на подобные штучки в прошлых отношениях, и повторять как-то не хотелось. Но куда ж вы, милые дамы, к протокольному дройду, денетесь-то…

– Ого?! – не сдержался я.

– Ты получил ответ?

– Кто-то объявил аукцион на английском. Сейчас мой рисунок торгуется за пятьсот долларов. За пятьсот!

– Не отдавай дешевле чем за полторы тысячи.

– А если…

– Заведи левый аккаунт, с которого будешь повышать ставки. Тебя и этому надо учить?

В общем, если забыть всё, что происходило за эти часы, то мы заработали тысячу восемьсот пятьдесят долларов за одну графическую картинку. Если бы хоть когда-то я слышал просто озвучивание этой суммы, не предвзято, то есть в принципе ни о чём и без привязки к себе лично, я бы, наверное, нипочём не поверил своим же глазам. Да, мне никогда в жизни не приходилось хоть что-то продавать дороже ста рублей, что равноценно одной поездке на такси по центру, в аэропорт уже двести, а если туда и обратно, то соответственно…

О чём я вообще?! Я же богат! К тому времени, когда передо мной поставили тарелку с рисовой кашей со сливочным маслом и молоком, моё отношение к перспективным торгам в интернете выросло до не познаваемого ранее уровня! Типа в смысле того, что ранее мне не то чтобы в Сети, а и на уличных выставках во время народных гуляний ни одного рисунка никому впарить не удавалось…

– Теперь я буду заниматься твоим благосостоянием, мой господин. Нас этому учили. Ты больше не будешь испытывать нужду в золоте, пока твоя рука держит кисть. И да, я согласна!

– Э-э, на что? – не сразу понял я.