Читаем Китай полностью

Пересказав то, чем поделился Фонг, и то, что видел собственными глазами, Шижун откровенно признался, что, по его мнению, отучить людей от употребления наркотика – задача долгая и тяжелая.

– Я сожгу все их опиумные трубки, – мрачно сказал Линь. – Но вы правы. Единственный способ искоренить эту отраву – перекрыть канал поставки. Итак, молодой господин Цзян, кто наш наипервейший враг?

– Рыжеволосые заморские дьяволы, которые привозят опиум в империю.

– Что нам о них известно?

– Я побывал в их факториях. Похоже, они все разные. Приехали из множества стран. И только у некоторых действительно рыжие волосы.

– Самые страшные преступники приезжают из страны под названием Британия. Такое чувство, что никто толком не знает, где это. А вы знаете?

– Нет, господин эмиссар. Мне разузнать?

– Возможно. Хотя на самом деле не имеет значения, где живут эти ничтожные люди. Однако я узнал, что этой страной правит королева и она прислала сюда какого-то чиновника.

– Да, господин эмиссар. Его зовут Эллиот. Он из благородной семьи. В настоящий момент перебрался в Макао.

– Может, эта королева не знает, что творят пираты из ее страны. Может, ее подчиненный ей не докладывает.

– Может быть, господин эмиссар.

– Я пишу этой королеве письмо. Его переводят на ее родной варварский язык. Когда письмо будет готово, я отдам письмо подданному, чтобы тот передал ей. Я сделаю королеве выговор и дам указания. Если она добродетельная правительница, то, несомненно, прикажет этому Эллиоту казнить пиратов. Хуже всех человек по имени Джардин. Нужно начать с него. – Он сделал паузу, затем испытующе посмотрел на Шижуна. – Но дело даже не в заморских варварах. Для Поднебесной несложно разобраться с несколькими пиратами. Поэтому я снова спрашиваю: кто наш настоящий враг, господин Цзян? Вы знаете?

– Я точно не знаю, господин эмиссар.

– Это наши собственные торговцы в этом городе. Хонги[25], торговые гильдии. Именно их император уполномочил иметь дело с иностранцами. Это предатели, те, кто позволяет варварам продавать опиум, и мы будем с ними жестко расправляться.

Следующие несколько дней были полны забот. Не говоря, что намеревается предпринять, Линь провел множество бесед и собрал доказательства. Шижун работал днем и ночью, делал заметки, писал отчеты и выполнял поручения. Через неделю Линь поручил лично ему небольшую миссию. Нужно было пойти к одному из торговцев-хонгов и побеседовать с ним.

– Ничего не выдавайте ему, – наставлял Линь. – Будьте дружелюбны. Поговорите с ним об иностранных торговцах и их делах. Выясните, что он в действительности думает.

На следующий день Шижун отчитался:

– Во-первых, господин эмиссар, я обнаружил, что он не верит, будто торговле опиумом положат конец. На время прервут, да. Но он считает, что, как только вы сделаете достаточно, чтобы порадовать императора, вы уедете. Потом все вернется к тому, как было раньше. И хотя ему известна ваша репутация честного человека, он явно не верит, что вас нельзя подкупить, как всех остальных.

– Еще что-нибудь?

– Две вещи, господин эмиссар. Его тон предполагал, что они с варварскими торговцами стали добрыми друзьями. Более того, от его слуг я узнал, что он лично в долгу перед одним из варваров по имени Одсток.

– Отличная работа! Император был прав, когда решил не подпускать заморских дьяволов к нашему народу. Тем не менее, пусть даже мы ограничиваем их одним портом и селим за пределами городских стен, они все равно умудряются развратить наших торговцев, которые считаются достойными людьми.

– Это правда.

– Вы сказали, что есть вторая вещь.

– Может быть, это не имеет значения, господин эмиссар. Слуга сказал мне, что этот торговец Одсток со дня на день ожидает прибытия молодого ученого, который будет младшим партнером в его бизнесе. Хотя это кажется странным, – добавил Шижун, – что образованный человек стал торговцем.

– Кто их поймет, этих варваров. Когда он приедет, хочу, чтобы вы с ним познакомились. Может, он знает что-то полезное.

– Как пожелаете, господин эмиссар, – ответил Шижун с поклоном.

– А пока, – сказал Линь с мрачной улыбкой, – думаю, мы готовы. Вечером созовите всех хонгов. – Он быстро кивнул Шижуну. – Мы нанесем удар сегодня же.

* * *

Джон Трейдер в ужасе уставился на Талли Одстока. Они сидели в его маленьком кабинете, выходившем окнами на узкую аллею, тянувшуюся от фасада Британской фактории к Китайскому переулку позади. Две масляные лампы освещали желтоватым светом кожаные кресла, в которых они устроились. В помещении было тепло и душно, но Джону Трейдеру было холодно, как в пустыне Гоби.

– Это случилось прошлым вечером, – объяснил Талли. – Этот новый чинуша Линь созвал всех торговцев-хонгов. Заявил им в лицо, что они преступники и предатели. Затем сказал, что торговцы из факторий должны сдать весь имеющийся опиум, а хонги должны это организовать – они несут ответственность за всю зарубежную торговлю, понимаете ли, – и добавил, что, если они ослушаются, он начнет их казнить. Дал три дня. А пока никому из нас не разрешается покидать Кантон.

– И когда он говорит про весь наш опиум…