Читаем Киномания полностью

По слухам[писала она], сценаристу и постановщику Данклу нет и восемнадцати. А это могло бы вселить надежду на то, что со временем его недоразвитое нравственное и эстетическое чувство сравняется с его практическими навыками. Но в данном случае надежды, вероятно, тщетны. В его фильмах уже чувствуется изощренность ранней гениальности, если говорить о теме зла и насилия. В этом отношении он преждевременно отказался от детских забав в пользу пагубной виртуозности. И он, и все мы вполне можем оказаться жертвами того, чем он так блестяще владеет: сведенной до нуля способности к состраданию.

Эта рецензия навела меня на мысль написать Клер о моем знакомстве с Саймоном. О сиротах я ей почти ничего — вообще ничего — не сообщал. Помимо прочего, я все еще считал, что вряд ли смогу сказать ей о кино что-нибудь такое (даже о Саймоне), чего она уже не знает. Судя по ее рецензии, Клер видела и другие его фильмы. А спрашивал я вот о чем: не видит ли она какой-нибудь связи между Саймоном и Каслом? Два месяца спустя я получил от нее привычный короткий ответ. «Конечно. Поостерегись. С любовью. Правда». А после этого шла приписка. «Она миленькая, она умненькая и молоденькая… и я ее ненавижу. Но все равно поцелуй ее от моего имени. Черт возьми!»

Это относилось к Жанет, которая, как я уже знал, вскоре после ее приезда из Парижа встретилась как-то раз на вечеринке в Нью-Йорке с Клер. Между ними сразу же завязался живой, дружеский разговор, который стал еще теплее, когда Жанет обмолвилась о своих отношениях с Сен-Сиром и их злополучном завершении. После этого они долго и оживленно сплетничали. Но когда Жанет сказала, что знакома со мной и собирается меня отыскать, температура вдруг упала до абсолютного нуля. Жанет в связи с этим пребывала в недоумении до тех пор, пока я ей не сообщил, что мы с Клер были любовниками.

— Но она за три тысячи миль, — возразила Жанет, — И даже на письма твои не отвечает. Откуда же такая ревность? И потом, — добавила она, словно для того, чтобы пожурить меня, — она для тебя слишком стара. А может… я для тебя слишком молода?

Нет, сказал я. Возраст у всех и для всего самый подходящий. И конечно, у Клер нет никакого права меня ревновать. Но в глубине души я был ей благодарен за эту ревность.

Я дал Жанет рецензию Клер на «Дерби уничтожения»; Жанет сказала, что та слишком уж снисходительна.

— Я бы ни слова доброго не сказала о его фильмах, и уж тем более об этих кошмарных пулевых отверстиях.

Я показал рецензию Саймону, но, к моему удивлению, он не смог ее прочесть. Оказалось, что у парня дислексия, и с печатным словом он борется так же, как и с устным. Поэтому я прочел ему то, что написала Клер. Он зарделся от удовольствия.

— Ей п-п-п-онравились пу-пу-пу…

— Пулевые отверстия. Да, кажется, понравились, — вздохнул я.

Он попросил меня прочесть этот пассаж еще раз — «о п-п-помойной яме». Я прочел. Он тоже воспринял это как комплимент.

Наконец я положил рецензию перед братом Юстином, который внимательно ее изучил. Я сказал ему, что рецензия Клариссы Свон — это настоящий прорыв. Он это понял и принял с удовольствием.

— Хотя, мне кажется, что, на ее вкус, образный ряд Саймона слишком жесток.

— Что ж, можно сказать и так.

— Может быть, когда она прочтет то, что напишете о Саймоне вы, ее мнение изменится к лучшему.

— Сомневаюсь. Первое мнение Клер и есть ее окончательное мнение.

Должен признать, что к этому времени (месяцев шесть спустя после моего первого визита в школу святого Иакова) мои отношения с братом Юстином значительно похолодали и грозили вообще замерзнуть. Я уже давно понял, что ему больше нечего рассказать мне о Максе Касле. А когда я спросил его, когда мне можно будет поговорить с братом Маркионом, его предшественником, меня ждал неприятный сюрприз.

—  Поговоритьс ним? Нет-нет, это невозможно.

— Но помнится, вы говорили, что он сможет ответить на мои вопросы.

— Мы можем ему написать.

— Вы хотите сказать, его здесь нет… он далеко?

— Я этого никогда не говорил, но он в Альби. В уединении. Понимаете, он стал одним из наших старейшин. Но может быть, он и захочет вступить с вами в переписку. Правда, гарантировать это я не могу. Но если вы дадите мне письмо, я с удовольствием переправлю его и поддержу вашу просьбу о получении информации.