Читаем Киевский лабиринт полностью

Ардашевы вновь вышли на Крещатик и направились в сторону Думской площади. Навстречу шагали студенты, прогуливались военные, торопились куда-то приказчики и кухарки. По дороге, шурша шинами, проносились автомобили. За ними, отбивая подковами одну и ту же незамысловатую чечетку, неторопливо следовали экипажи и бежал по маршруту беспокойный трамвай № 2, оповещая прохожих треньканьем электрического звонка. На задней площадке нервно курил какой-то пассажир. Ночной дождь прибил к брусчатке пыль, и от этого город казался чистым. Пахло сиренью и зеленью каштанов. Пройдя здание Главпочтамта, Клим Пантелеевич заметил виднеющуюся впереди вывеску: «Гранд Отель». Саженей через сто на серой стене уже читался двадцать второй номер дома.

До встречи с Могилевскими оставалось совсем немного времени.

В зале ресторана народа было не много. Тихо, под спущенный модератор, играл рояль. За столиком сидели Могилевские и Ардашевы.

– Знатный подарок! – разглядывая коробку с часами, восхитился Могилевский.

– Умеет Клим угодить жене, ничего не скажешь, – вторила мужу Елена.

Увидев нетерпеливо-блуждающий взгляд официанта, Терентий Петрович спросил:

– Ну что, дорогие мои, разобрались с меню? Пора заказывать.

– Тут столько названий, что я, право, запуталась, – призналась Вероника Альбертовна, листая объемистую папку.

– Помнится, в Ставрополе Клим угощал меня всякими изысками кавказской кухни. Никогда не забуду его хитрую выдумку с бараниной по-чабански. Мясо, завернутое в баранью шкуру, жарилось под костром, в земле. Да, удивил ты меня тогда!

– Это его любимый трюк, – гордо заметила Вероника Альбертовна.

– А сейчас позвольте мне удивить вас. Давайте-ка я сам закажу что-нибудь интересненькое из старых польских рецептов.

– Терентий большой знаток старопольской кухни. Доверьтесь ему – не пожалеете, – посоветовала Елена.

– Именно так мы и поступим, – улыбнулся Клим Пантелеевич.

Поймав взгляд гостей, официант мигом очутился рядом.

– Чего изволите? – прощебетал он.

– «Цомбер из кабанины в соусе из боярышника», «флячки по-польски» с пульпетами, «бигос», «картофель по-пастушьи»… ну и выпить: господам «Лонцкую сливовицу», а дамам – крупник с медом и травами.

– А разве в Киеве сухой закон не действует? – удивился Ардашев.

– Действует, конечно, – рассмеялся Могилевский. – Но для таких клиентов, как я, «Гранд Отель» делает исключения. – Он вновь продолжил заказ: – На десерт – чай с шафраном и мазурек.

– Все будет готово и подано через двадцать минут. Не извольте беспокоиться, – выговорил официант, поклонился и исчез.

– А ты, Терентий, и впрямь большой дока в польской кухне, – сказал Ардашев.

– Спасибо Войцеху Станиславовичу.

Увидев непонимание в глазах Клима Пантелеевича, он пояснил:

– Мыловаренное дело я купил сразу после отставки. Управляющего оставил прежнего. Он поляк. Фамилия его Дрогоевский. Умудряется завозить к нам морем розовое масло из Болгарии через нейтральную Румынию в Одессу. Суда под румынским флагом ходят свободно. Приходится изворачиваться. А куда деваться? Война… Войцех – образцовый работник. Есть, правда, у него две слабости: дамы и чревоугодничество. До первого мне нет никакого дела (это проблемы его жены), а вот ходить с ним в ресторан очень полезно. Настоящий гастроном. Закажет все самое лучшее. Вот и в польской кухне я поднаторел только лишь благодаря ему. Он, его помощник и я иногда в картишки поигрываем. В нашу компанию входят несколько человек. Может, метнем банчок вместе?

– Отчего бы и нет? – согласился Ардашев.