Читаем Кибердемоны. Призрак полностью

– Как… такое возможно? – Михаил растерялся. – Вас же проверяли на входе: никаких устройств не было обнаружено… К тому же, эта комната полностью экранирована от ЛЮБЫХ излучений. Единственное электронное устройство здесь – сейф, подключенный к Нирване КАБЕЛЕМ.

Мирон вытащил из уха пиявку.

– Это, – сказал он. – Тоже разработка Платона. Для совсем другого ведомства… Как, вы не знали, что он работает не только на вас? Очень непрофессионально для начальника СБ… Впрочем, это же Платон. Он и не на такое способен. Так вот: это, – Мирон покачал в пальцах пиявку. – Плюсы нового поколения. Дополненная реальность. Я одновременно и Здесь и Там.

– Вот почему вы так ловко миновали всех охранников и роботов, – кивнул Михаил. – А я-то гадал… И он рассмеялся. Надолго – Мирон даже испугался, что собеседник слетел с катушек. Не выдержал напряжения.

– С вами всё в порядке? – на всякий случай спросил он.

– Со мной-то вполне, – успокоился Михаил. – А вот вы… – черты его отвердели. – Вы блефуете, господин Орловский. Остроумно, находчиво, но… не для меня. – Мирон молча ждал продолжения. Фокус, почерпнутый у психиатров: если достаточно долго молчать, собеседник всё расскажет за вас… – Кабинет Платона экранирован от ЛЮБЫХ излучений. Никакие сигналы сюда не попадают. Здесь – мёртвая зона. Вы просто не можете поддерживать связь…

– А как же Акира? – нашелся Мирон. – Вы говорили, он подключен напрямую к дата-центру.

На самом деле, что-либо подобное он подозревал: как только он переступил порог, связь с программой пропала. Никаких надписей, никаких комментариев. Собственно, о Михаиле она тоже не предупредила – хотя и должна была.

– У Акиры – выделенный канал. К нему невозможно подключиться извне.

– Да, но кто мешал моему брату ЗАРАНЕЕ подключить к нему Плюсы? – парировал Мирон. – Всего один экземпляр, только для себя…

Михаил помолчал, оценивая новую информацию. Затем кивнул.

– Снимаю шляпу, – символически поклонился он, не вставая со стула. – ваш брат оказался еще хитроумнее, чем я думал.

– Он готовил это проникновение несколько месяцев, – тихо сказал Мирон. Мужчины переглянулись, на один миг ощутив необыкновенное родство душ. – Вполне возможно, он разработал эти Плюсы исключительно для проникновения в Технозон…

– Охотно верю, – кивнул Михаил.

Было видно, что он устал. Под глазами образовались тяжелые мешки, на щеках и подбородке проступила щетина…

– Вы пришли сюда один, без охраны и дронов для того, чтобы заключить сделку, – тихо напомнил Мирон. Он тоже устал. От этой гонки, которая тянется несколько суток. От недосыпания, от обилия впечатлений… – Я вам её предложил. Итак?..

– Я согласен, – сказал Михаил. – Нахер этих ублюдков. Что я должен делать?

– Полагаю, уйти… – Мирон облизнул губы. Честно говоря, он не надеялся на согласие. И не думал о том, что делать дальше. – Покиньте здание и сделайте вид, что вы ни при чем… А я, как только закончу, позабочусь о том, чтобы вы получили всё, что захотите.

– Так не пойдёт, – мотнул головой Михаил. – Вы – гарантия того, что мне заплатят. А если вас убьют? Если вы не сможете выбраться?

– У нас всё предусмотрено.

– Похер. Я остаюсь, – он поднял руки ладонями вверх. – Видите, я не вооружен. Так что вам нечего боятся… Но, пока не получу вознаграждение – я от вас ни на шаг.

Луч был таким тонким, что Мирон его не увидел. Просто в какой-то миг на лбу Михаила засветилась красная точка, от кожи пошел дым, а потом его голова взорвалась.

– Ммать! – подскочив, Мирон завертел головой. Сердце колотилось, как отбойный молоток, в воздухе повис сладковатый душок горелой плоти.

– Я врага наказал

Что стоял у меня на пути.

Жизнь так коротка.

В кабинет вошла Мелета. Стэлс-режим её костюма был включен и Мирон видел только её лицо. Пустое, без единой мысли. С такими холодными глазами, что казалось, она ничего не видит и не слышит.

За спиной девушки угадывалась вторая фигура. На короткий миг он подумал, что это Призрак, но тут же понял, что ошибся.

Призраки не читают хокку.

Лицо Мелеты было неестественно высоко – Мирон понял, что она стоит на цыпочках. Одна рука девушки висела плетью, с кончиков пальцев, образуя тёмные пятнышки, на ковёр капала кровь. Другая была заломлена за спину – именно из-за этого весьма болезненного захвата ей и приходилось танцевать на кончиках пальцев.

– Зачем вы убили его? – спросил Мирон.

Его начало трясти. Руки дрожали, челюсть прыгала сама собой, в горле застыл колючий комок. Мозги Михаила расплескались по стене, образовав там грязно-бурое пятно. Но несколько особенно неприятных капель всё же попало на стол и костюм Мирона.

Рядом лежала пачка спиртовых салфеток, но он не мог заставить себя взять одну. Как-то неправильно оттирать то, что осталось от человека, салфетками. Это ведь не кетчуп…

– Он предал Компанию, – пожал плечами Хидео. – Я, – девушка может подтвердить – тихо ждал за дверью и надеялся, что до этого не дойдёт. Что господин Лазаревич поступит правильно. Но он оказался слаб.

– Ты, блядь, вынес ему мозг, – Мирона несло. Он просто не мог остановится. – Вынес его грёбаный мозг своим грёбаным лазером!