Читаем Хвост Греры 2 полностью

Деньги тоже нырнули в детский портфель.

Теперь Имма смотрела на гостя во все глаза. Тот придвинулся ближе, попросил ее руки.

– А теперь то, что лично для вас. Персональное «спасибо».

Что-то заставляло её верить незнакомцу, что-то в его ауре располагало к себе, усмиряло тревоги, расслабляло нервную систему. И Имма решилась, положила свои руки на мужские ладони, затянутые в серебристые перчатки. Увидела, как по ее пальцам потекли искорки. Почти незаметные, теплые, щекотные.

– Я подарю вам возможность лечить. Если с вашей мамой, вами или вашим сыном в будущем что-то произойдет, приложите к проблемному месту ваши ладони. Закройте глаза. И все.

На ее ресницах висели горячие жгучие слезы, подбородок гости дрожал.

– Почему?

Дрейк знал, что теперь она верит, просто верит ему. В честность, открытость, в доброту его намерений.

– Почему вы делаете это для меня? Для вас? Чем я помогла вам… так сильно?

– Вы поделились с нами своей кровью. И мы создали для наших жителей вакцину. Миновали, почти не задев, апокалипсис, который мог случиться.

Имма какое-то время молчала, переваривала. После прочистила пересохшее горло, впервые потянулась к стоящей на тумбе бутылке с водой, сделала глоток.

– Вакцина… против кого? От кого?

Он не стал объяснять на словах – он вызвал в воздухе полупрозрачный экран и передал одновременно с картинкой в чужую голову знание напрямую. О тле, о последствиях, если бы она зашла. Показал лежащие на улицах тела, обугленные грибком, черные стены домов, отсутствие растительности. И Имма всхлипнула, побледнела.

– Мы до сих пор… поем об этом песни. Передаем нашим детям сказания об этих… тварях…

Дрейк кивнул.

– У вас единственной в активной фазе сохранился иммунитет. Поэтому мы так невежливо изъяли вас с родной планеты, за что просим прощения. Вы попадете домой уже через…

Он опять посмотрел на часы.

– … двенадцать минут.

Она впервые расслабилась в его присутствии полностью, успокоилась. Но растревожилась от рассказанного.

– Вашим жителям… ничего больше не грозит?

– Нет. Беда миновала.

Имма сидела на постели, но уже не как жертва или пленник, она смотрела на свои руки, и изредка по ее ладоням пробегали искорки.

– За мной придут те же… люди? Девушка и два парня?

– Да. Те же самые. Они надежные. Доставят вас до квартиры. Лактационная функция у вас сохранена, мы за этим следили.

Глаза Иммы, как у лани, но из них ушла тоска, в них появилась надежда.

– И ваша капсула… для мамы… сработает?

– Гарантирую.

Дрейк редко улыбался, но сейчас сделал именно это. А после поднялся, сообщив:

– Вашу чистую одежду принесут с минуты на минуту. Спасибо еще раз, Имма.

– И вам… – донеслось вслед.

Она будет рада помнить о том, что побывала здесь, он об этом знал. Она будет вспоминать об этом, будет гордиться собой. А подарки перекроют тот стресс, который ей пришлось пережить. В этом мире все должно быть честно, в нем всегда должен сохраняться баланс.

* * *

Они действительно пришли за ней, едва она успела переодеться, – та же девушка и монолитные неулыбчивые парни. Теперь, когда ей было не страшно, Имма вдруг поняла, что у них на самом деле, несмотря на жесткость, располагающие лица. Лица людей, которым хочется доверять.

На улице оказалось прохладно; накрапывал мелкий дождь. Она куталась в кофту. У незнакомки светлый взгляд и такое же кольцо на пальце, как и у мужчины, подарившего ранец. Этот ранец Имма теперь бережно держала в руках. Если там и правда будут игрушки и конфеты… Не верилось. И верилось. И щемило в груди от чувств.

Они прошли по пустой парковке до темного ненового седана, и модель машины показалась ей знакомой. Такие она видела дома.

Мужчины сели спереди, один за руль, второй рядом с водителем; девушка по соседству с Ирмой. Она же первая начала диалог.

– Лица бабушки или малыша в моей памяти неточные. К тому же, вместе с машиной в квартиру не айс.

– Тогда куда?

У пассажира было холодное лицо героя боевика – Имма слушала чужой разговор не дыша. Выжидал вывода друзей водитель, машину почему-то не заводил. Как будто и ехать на ней не собирался.

Девушка повернулась к Имме.

– Тот магазин, на котором нарисован моллюск… Какая-то пиявка…

– Третхен?

– Я не знаю, как его называете вы…

Имма быстро начертила контур морского гада на пыльном стекле.

– Он?

– Да. Этот магазин близко к вашему дому?

– Да. В паре кварталов.

– Отлично. Перед ним есть дорога. Значит, туда.

Девушке почему-то, развернувшись, протянул руку водитель. Сверху положил ладонь «герой боевика». И все разом посмотрели на нее, на Имму. Кажется, с доброй насмешкой.

Она, сжав ранец в одной ладони, положила на чужие руки свою. И вдруг показалось, что машина провалилась в небытие.

* * *

– Мама…. Мама…

Он заговорил! Он не делал этого раньше, её Кимми. А еще он тянул к ней руки, свои чудесные маленькие пухлые руки. Рыдала в углу мать, показывала жестами что-то про искусственное молоко, про смеси. Про то, что достать было сложно, но она, оставляя Кимана на соседку, ходила на рынок, после все кипятила, как полагается.