Читаем Хулиганка и бунтарь (СИ) полностью

— Хорошо, я помогу.

Наутро безотказный Андрей снова обратился к Вялому. Павел не понял, почему они с братом не хотят довести вопрос до конца, и даже слегка раскричался:

— Я те чё, дурак — туда-сюда звонить, людей от дела отвлекать? Нет, я, конечно, позвоню, но ты ко мне со всякой ху…той больше не суйся!

К полудню пакет с тремя злосчастными пятёрками лежал у Хордина на столе. Он позвонил двоюродному брату.

— Толик, всё хоккей. Вещдоки твоей тупости уже у меня.

— Почему это тупости?! — взвился тот. — В лучшем случае, невнимательности!

— Увы, в твоём случае, тупости.

— Да ты сам приглядись, как они похожи на настоящие!

Андрей взял пакет.

— Ну не знаю. По-моему, даже если не приглядываться, отличить можно.

— Да ты вообще часто пять штук одной купюрой в руках держишь? — рассердился Толик.

— Нечасто, но от бумажки деньги отличу.

— Нет, я тебе докажу! У меня сейчас пятёрки нет, но можно в банке обменять.

— О Господи… — устало протянул Андрей.

— Давай я через час подъеду. Это как раз обед будет.

— Да что ж ты такой неугомонный?

— Я тебе докажу, что я не дурак!

В обеденный перерыв Толик потащил Андрея в ближайший банк. Но там ко всем окошкам и банкоматам стояли такие очереди, что у Толика пропадало всякое желание что-либо доказывать.

— Пошли в супермаркет.

— Там сейчас столько народу, что тебя скорее убьют, чем позволят кассиру тратить на тебя время, — проворчал Хордин.

— Без проблем, пошли в магазин.

— Зачем я только с тобой связался?..

Двоюродные братья зашли в пустой продуктовый и сразу двинулись к кассе.

— Андрюха, доставай фантики, щас будем сравнительную экспертизу проводить, — сказал Толик и важно обратился к продавщице: — Здравствуйте, девушка, у меня пять тысяч тысячными купюрами. Вы не обменяете на пять тысяч одной бумажкой?

— У меня касса почти пустая. Да и зачем мне ваши тысячи? Мне бы что помельче.

В этот момент в магазин зашёл паренёк в спортивной куртке. Немного помявшись, он вынул из кармана явно дедовский наган.

— Деньги из кассы — быстро! — тоненьким голосом рявкнул он.

— Боже мой… Да сколько вам говорить — касса пустая, в ней и тыщи не наберётся! — чуть не плакала продавщица.

Голодный взгляд паренька наткнулся на три пятитысячные купюры в руках Хордина… Наган упёрся в сторону Андрея.

— Отдай деньги — живо!

Хордин без сожаления расстался с тремя фантиками. Завладев пятнадцатью тысячами, горе-грабитель резво выбежал из магазина. Очевидно, он думал, что сегодня его день.

Толик вышел из оцепенения и возмутился:

— Слышь, Андрюха, ты мент или кто? Почему ты его не задержал?

— Во-первых, у меня обед, — спокойно начал Хордин, — а во-вторых, следователи не носят оружия.

— Как это не носят? А чем вы тогда работаете?

— Мозгом. — Андрей показал на висок.

— Но ты его хоть запомнил?

— Зачем мне его запоминать? Пусть идёт. Ему с твоими сувенирными бабками ещё достанется — он ещё не рад будет, что за наган взялся…

— Ну теперь-то ты убедился, что их легко можно спутать с настоящими? — спросил Толик.

— Нет, не убедился? — покачал головой Андрей. — Просто все видят только то, что хотят.

-4-

В напрасной попытке забыться уставший Хордин сунулся в пасть к Волкодавам.

— Хэллоу, Снупи. Как дела на работе? — спросила Настя, даже не сообразив его поцеловать.

— Всё как всегда и лучше не становится. Вчера перестрелка между группировками была. Двоих ранило.

— Жалко, — равнодушно отозвалась Настя. — Жалко, что не убило.

— А у вас что нового?

— У нас утюг сломался, глянешь?

— Гляну, конечно.

— Вот видишь, хоть не зря пришёл.

— Ты одна? — с надеждой спросил Андрей.

— А? Нет. Сейчас Аська из универа приедет. — Настя схватила телефон. — Алло, Ась, купи что-нибудь к чаю — к нам следователь Хордин изволил зайти… Утюг? Да чинит уже.

К чаю диетически настроенная Ася купила яблок и винограда.

— Эгоистка, — проворчала Настя. — Могла бы хоть зелёный взять. Знаешь же, что я красный виноград не люблю.

— Так я его поэтому и взяла.

Пока Настя кормила Андрея обедом из водянистой яичницы, Ася стоически пила кефир и отворачивалась всякий раз, когда сестра открывала холодильник. Увидев это, Настя нарочно стала открывать его почаще. В общем, сёстры, как обычно, были взаимно добры.

— Надо будет повесить на холодильник табличку «Не влезай — убьёт», — задумчиво пробормотала Ася.

— Нормально! — громовым голосом отозвалась Настя. — А обо мне ты подумала? Мне ведь тоже с этой табличкой жить придётся.

— Подумала. Тебе, кстати, тоже полезно будет.

Настя собралась было ответить что-нибудь гадкое, но быстро придумала издёвку потоньше:

— Асенька, подай нам, пожалуйста, колбасы.

— «Что искушаете меня, лицемеры?»[56] — воскликнула Ася, нервно бросая палку колбасы на стол.

— Благодарю.

Заметив, как неспешно Хордин ест глазунью из одного яйца, Ася преисполнилась сочувствия.

— Настька, душегубка доморощенная, свари мужчине макароны.

— Сама и вари.

— Я не могу, я на диете.

— Зачем тебе диета? — удивился Андрей. — Ты и так очень стройная.

— Ага, а это ты видел? — Ася попыталась задрать сбоку юбку, но на неё накинулась поборница нравов Настя:

— Пошла вон, либертина десадовская!