Читаем Худой мир полностью

– Тогда выбираю новую модель, ясное дело. – Со вздохом согласился Олег, которому автоматрон в качестве личного ассистента был очень сильно нужен. Магический робот мог переносить тяжести, сломавшие бы спину нормальному человеку. На поле боя становился самоходным укрытием, которое вдобавок можно было снабдить крупнокалиберной пушкой. Ну, если мозгов хватало на прицеливание, если же нет, то андроид на волшебной тяге становился грозной единицей ближнего боя, способной махать громадным мечом, топором или боевым молотом со скоростью средней руки пропеллера и перерубающего или расплющивающего большинство гуманоидоподобных противников с одного удара. Ложь и предательство искусственной форме жизни были весьма чужды, случаи бунта машин отмечались на два порядка реже, чем личные междоусобные разборки людей. И были намного менее кровавы, ибо даже целиком и полностью заслуженный негатив изливался лишь на конкретных лиц, а не на их ближайшее окружение или тех, кто случился рядом. Кроме того автоматрон не нуждался во сне, еде, воде, не ходил в самоволки, не играл в азартные игры, не женился и уж тем более не беременел… Правда, в России даже магического робота могли научить брать вятки. Олег, во всяком случае, пару раз улещивал подобные конструкты разного рода подношениями, чтобы побудить их на некоторые действия, находящиеся за пределами их должностных обязанностей. Или даже слегка нарушающие некоторые запреты. – Кто у вас есть подходящий под мои требования?

– Никого. – Ехидно скалясь, заявила ему Тигриная Лапка. – Либо сбавь планку, либо в другое место иди. Скажем, в железного моряка. Или Стального слугу.

– Нет, спасибо. Вот только престарельного стального пирата под боком, у которого требующие крови инстинкты его живого прототипа проснулись, а ржавчина съела последние мозги, мне под боком и не хватало. Или дворецкого, знающего придворный этикет и тысячу сортов выпивки, но самостоятельно способного разве только случайного воришку победить. – Поморщился Олег в ответ на такое предложение. Впрочем, надо признать, он несколько лукавил. Заведение, где собирались списанные в связи с ветхостью и исчерпанием ресурса искусственные ветераны воздушного или океанского флота, было наполнено механическими джентльменами удачи не на сто процентов. Честные моряки там тоже были… Наверное. Да и некоторые из конструктов, представленных в расположенном всего лишь за сто метров от ратуши салоне элитных автоматронов, сумели бы ту же Тигриную Лапку на запчасти разобрать одной рукой, пока второй чай господину заваривают. Все же высшее дворянство серьезно относилось к вопросам своей безопасности и потому если они покупали себе магического робота, чтобы тот убирался в рабочем кабинете или следил за детьми, то отдавали предпочтение таким моделям, которые способны будут в случае чего спасти наследника от покушения, а вырвавшегося из лаборатории мага демона обратно в клетку запихают, чтобы когтистыми лапами грязь по свежевымытому полу не разносил. – Что, нет совсем никого, кто бы дурной репутации Стяжинска не боялся?

– Это не просто дурная репутация. Я плоховато помню, как чувствовали мир живые, но для меня пребывание в тех краях было похожим на визит в логово молодого дракона. Когда не знаешь, сожрет ли он тебя, станет играться как кот с мышью, постепенно разрывая на кусочки или попробует изнасиловать, наплевав на то, что его партнерша в процессе не лопнет, так кровью насмерть истечет. – Искусственное лицо многорукой девушки-кошки скорчилось, показывая неизбывное отвращение и высокий класс работы того, кто создавал её тело. Абсолютное большинство виденных Олегом автоматронов мимики и в помине не имели, поскольку это было не несущее практический пользы и очень затратное в плане трудоемкости их конструкции декоративное излишество. Оставалось лишь гадать, что она вспоминает. Не то свой визит в Стяжинск, не то печальный опыт знакомства с одним из разумных ящеров, которые вовсе не на пустом месте получили славу похитителей принцесс. А также созданий безмерно жестоких и похотливых. Правда, социальный статус жертв им всегда был почти безразличен, просто инстинкты этих явно искусственно выведенных созданий реагировали в первую очередь на выделяющуюся из толпы своим внешним видом или поведением добычу. – Но, если подумать, есть у меня кое-кто, кому чувство страха напрочь отбили. И вежливость с осторожностью тоже. Вот только это весьма чувствительная к некоторым вопросам личность. Сработаться с ней может не каждый.