Читаем Хрустальный пепел (СИ) полностью

— Мы должны верить, иначе ничего не получится, — настаивает Ватария. — После нашей смерти все обратится в хаос, мы не можем это допустить. Боги не простят нас, и тогда кара будет страшнее окончательного конца. Тогда мир мертвых будет навсегда закрыт для нас.

Ужас мелькает в глазах человеческой королевы, и она сдается.

— Подготовка займет несколько месяцев, значит, мы должны оттянуть время.

— Предоставь это мне, Лаура, — улыбка Ватарии становится змеиной, — мне лучше всех удается играть в игры. Я сыграю в последнюю. Он не помешает нам.

— Карин? — королева смотрит на демоницу с надеждой. Я уже видела, как они держались за руки, бросая друг на друга взгляды полные обещания встретиться вновь. Я видела что то, о чем говорили ведьмы нечто важное, нечто, что потрясет миры после их смерти, но что это? Что способно удержать хаос?

— Учти, Ватария, если мы провалимся, я найду тебя в землях мертвых, и заставлю страдать вечность, — красные глаза сверкают, наполненные решимостью исполнить угрозу, в случае ошибки.

Ватария выпрямляется, складывая руки на груди, на бледном лице расцветает улыбка, покоряющая миры и сердца. Темные глаза загораются в полумраке.

— Тогда начнем, сестры.

Тьма вновь по частям забирает меня из храма, размывает силуэты, отправляя меня в настоящее. Я начинаю задыхаться, когда полог моего шатра приподнимается и я вижу настороженное лицо Ланса.

— Изабель! Что случилось? Эй?

Он тут же оказывается рядом, сжимая мои плечи.

— Просто кошмары… — шепчу я, приходя в себя. Ланс молчит, гладя мою спину и руки, пуская по моему телу волны умиротворения. Я прижимаюсь к нему, вдыхая уже знакомый аромат леса. Аромат дома в другом мире.

— Я видела маму… — глаза становятся влажными, но я быстро вытираю едва подступившие слезы. — Нанше сказала, что знает способ, как снять метку. Мне нужно подождать всего несколько дней.

Маг молчит, и я приподнимаюсь, чтобы заглянуть в его лицо.

— Это неожиданно. Я…это то, о чем ты так долго мечтала, — наконец выдыхает он, широко улыбаясь.

— Ты не кажешься счастливым.

— Когда ты вернешься назад, я не смогу последовать за тобой, — качает головой Ланс.

— Нет, мы можем остаться здесь, все вместе, я покажу маме этот удивительный мир, я уверена, она захочет остаться, и если Нанше позволит…

— Не торопи события…

Моя радость и воодушевление гаснут. Я так долго ждала встречи с мамой, распланировала наше будущее. Счастливое будущее, где рядом будет моя семья и любимый человек. Это все, чего я желала. Но смотря на мага, я понимаю, что он не готов участвовать в этом будущем. Меня будто ударили в самое сердце. Я столько прошла, чтобы получить ответ, чтобы найти того, кто избавит меня от бремени чертовой метки и вот, когда цель так близка, меня останавливают, опускают на землю, больно ударяя о твердый бетон.

— Почему? — только и могу спросить я.

— Я маг, и мне не место в мире ведьм или людей и…

— После того, как ты сбежал с Кристесом, столица тоже перестала быть твоим домом, — напоминаю я ему горькую правду. Ланс на мгновение сжимает кулаки, в глазах мелькает злость. Да что это с ним? После платы он совсем изменился.

— У меня другие планы, — отрезает парень, вставая и собираясь уйти.

— Я люблю тебя, неужели ты не понимаешь!? — я повышаю голос, не в силах справиться с чувствами. Глаза наполняются слезами, душат сердце. — В твоих планах хоть было место для меня?

— Было, но…

— Я ждала тебя, я сделала все, чтобы ты смог оправиться после платы, чтобы ты снова вернулся ко мне. Ты для меня все в этом мире! — я перешла на крик, вскакивая с постели. Я не позволю ему так просто растоптать меня. — Но тебе этого недостаточно…правда?!

— Нам нужно остыть, — произносит маг, сохраняя спокойствие. Будто скала, о которую бьются волны, но она остается безучастной к ним. — Мне нужно все обдумать. И решить, как будет правильнее.

— Правильнее?! Ты хоть что-то чувствовал ко мне? Я сказала, что люблю тебя… — я почти умоляла его ответить мне, мне было все равно, что сейчас я была растоптана, и мое сердце валялось под его ногами.

— Я…не знаю, — он бросил это мне как будто втыкал нож, но не хотел убивать. А потом сбежал. Бросил меня одну. Я опустилась на колени, ощущая опустошение. Слезы исчезли, оставляя меня собирать осколки сердца и души. Я впервые отдала кому-то самое сокровенное, а меня искупали в грязи и боли. Теперь, когда мне все стало ясно, я не понимала, с чего придумала себе взаимность. Он всегда был заботлив, но я приняла заботу за влюбленность, тот поцелуй за обещание любви. Ну какая же идиотка!