Читаем Хрустальные Звёзды полностью

– Возьмём Генерала Хомяка – это же не лошадь, это вездеход, пройдёт даже по глубокому снегу и через бурелом.

– Далеко в лес одни? – ахнул Макс. – А вдруг там медведи?

Лиса на мгновение задумалась, но тут же просияла:

– Ну, они в спячке вообще-то. Да и Боб на что? Забыл, как он гоняет с заднего двора этих ворюг? Вот и возьмём его, всех медведей распугает.

Тут она глянула на брата и подтянула повыше его шарф – так, чтобы он закрыл ему рот.

– Дома обсудим. Хватит болтать, ещё не хватало горло застудить.

Макс, уже набравший воздуха для десятка важнейших вопросов, с досадой выдохнул в колючую шерсть шарфа.

Вернувшись домой, они ещё в прихожей услышали угрожающие вопли Боба где-то на втором этаже.

Лиса пошутила, что оголодавший зверь окончательно разуверился в людях, и, не раздеваясь, заглянула в гостиную. Матери там она не обнаружила. Кот продолжал истошно орать и к ним не спустился. Когда Шинук, счастливая, что оказалась в тепле, подбежала к лестнице, но внезапно, испуганно взвизгнув, метнулась под стол, хорошего Лиса уже не ждала.

Маму они нашли спящей в её комнате. Она закуталась во что-то, похожее на белёсую пушистую шаль. Углы комнаты заплели густые ажурные кружева, напоминающие паутину.

Боб стоял напротив комнаты, изогнувшись горбатым морским коньком, и орал так истошно, что звенело в ушах.

Максим, с перепуга вжавшийся в стену, наотрез отказался переступать порог.

Лиса, пересиливая дрожь, зашла и попыталась разбудить мать, но у неё ничего не получилось. Она несколько раз громко позвала Стеллу, однако та даже не пошевелилась. Когда Лиса прикоснулась к странной шали, к её пальцам потянулись тончайшие шелковистые нити. Лиса вскрикнула и принялась яростно тереть пальцы о куртку. Кожа на руках мгновенно зазудела.

Глядя на брата, прижавшегося спиной к стене так крепко, точно его примагнитило, она проговорила хриплым шёпотом:

– Теперь нам точно надо идти и искать эти «Звёзды».

Макс отчаянно замотал головой.

– Мы не можем оставить маму одну, – пробормотал он, едва сдерживая слёзы.

– Это всего часа на три. Мы успеем вернуться до темноты. Мы должны идти, Макс. Иначе это вот всё, – она энергично взмахнула рукой, обводя заросшую паутиной комнату, – маму просто сожрёт.

Паутинные коконы качнулись к Лисе, словно хотели до неё дотянуться. Она едва сдержалась, чтобы не взвизгнуть, и выскочила из комнаты.

Тяжело дыша, она уставилась на Макса. Тот едва не дрожал от страха.

– Слушай, я сейчас возьму щётку с самой длинной ручкой и соберу тут, что смогу. А потом позвоню Эвансам и попрошу Марию зайти к нам, как только она сможет.

– И она увидит маму такой?

– Какой? Мама просто болеет. И всё. У неё вирусная инфекция, близко подходить к ней не нужно. А что в комнате пыль и паутина, так это ерунда, я сейчас приберу. В общем, что…

Лиса потёрла лоб, собираясь с мыслями.

– Берём мой школьный рюкзак, туда запасные тёплые носки и варежки – и грелки, грелки маленькие найди. А ещё рюкзак-переноску для Боба.

Макс кивнул и побежал вниз – искать вещи и собираться.

Лиса крикнула ему вслед:

– И вешки бери – дорогу надо будет метить, иначе заблудимся!

Генерал Хомяк шёл по снегу, как клипер, рассекающий океанские волны. Макс и Лиса были слишком лёгкой ношей для него, а десять килограммов кота Боба, сидящего в рюкзаке, в расчёт тем более не принимались. Правда, кот создавал другие неудобства: крутился в переноске, пытаясь процарапать себе ход, и поминутно оглашал лес криками: «Откр-ро-ой!» и «О-о-у-у!» Непонятно, что больше возмущало Боба: то, что его закрыли в рюкзаке, или то, что на него перед этим натянули тёплую жилетку.

Дети планировали найти водопады и успеть вернуться домой до ужина, но перед уходом всё же сделали несколько дел – скорее для самоуспокоения, чем по необходимости.

Лиса, с опаской собирая комки паутины на половую щётку, попыталась выведать у полусонной матери, где именно в лесу скрыты водопады, но та даже не поняла вопроса дочери. Отвернувшись лицом к стене, она поджала ноги, подтянула свою странную шаль и укрылась ею с головой. Лисе подумалось, что так мог бы выглядеть кокон гигантской гусеницы, и знобкая дрожь прошла по её позвоночнику.

Безалаберную Шинук дети заперли в вольере на щеколду, оставив запас воды и корма на день. Собака впервые не возражала, напротив, так резво вбежала в ненавидимую ею клетку, словно только и мечтала тут оказаться.

Когда они уже собрались выходить, позвонила мисс Флоранс. Лиса, уже договорившаяся с Марией Эванс, обрадовалась неожиданной помощи. Сказала, что мама заболела, а им нужно отлучиться в магазин, и не могла бы мисс Флоранс посидеть с мамой пару часов? Та с готовностью согласилась, пообещала заглянуть через час, и Лиса не стала запирать входную дверь.

По расчетам Лисы, до полуразрушенной смотровой площадки на Генерале Хомяке они должны были добраться минут за двадцать.

В лесу было на удивление тихо: ни карканья воронья, ни скрипа деревьев. Всё застыло в тяжёлой зимней дремоте.