Читаем Хрусталь полностью

- И сколько суток уже пашешь?

Она оживилась, как будто ждала моей инициативы.

- Двое суток. Мне вообще здесь нравится, особенно в часы пик. Хорошее место, начальник адекватный, не то, что в предыдущем месте…

Она явно манипулировала моим вниманием, но я не мог не купиться.

- Что было в предыдущем?

- Ходила побитая, получала оплеухи, пощёчины наотмашь…

Я поперхнулся картошкой.

- Здесь?! В Елльске?

- Нет, что вы, здесь город ещё более менее приличный. Это было, когда жила под столицей в городе Белый.

- Ах, этот… Город зэков. Сколько всего интересного таится в твоей биографии. И давай на «ты», а то обращаешься, словно я дворянин какой-то.

Она пропустила мои слова мимо ушей и продолжила свой рассказ.

- Один раз в плечо так вдарил, что до сих пор ноет, если погода испортится. - Она размяла руку. – Хорошо, что уволилась.

- Если местный начальник адекватный, то почему ты работаешь вторые сутки подряд?

- Ой, это целая история, просто ужас. – Она вальяжно махнула рукой. - Сразу три девочки заболели, представляешь? Сколько ни работала, всегда было кому выйти, чтобы не перерабатывать. А тут такое. В общем, одна в больнице, две другие свалились с мигренями дома, даже встать с постели не могут.

В голове сразу пронеслись диагнозы, снимки, и дурные мысли. Уже везде мерещилась болезнь пустот.

- Симптомы какие-нибудь можешь описать?

- Толком никто ничего не знает. Врачи молчат…

Она такая доверчивая, добродушная и наивная, что аж хочется поучить жизни. В то же время взгляд у девчушки глубокий, сильный, цепкий. Такой на пустом месте не формируется, молодая повидала много дерьма в своей жизни.

- Я врач в местной больнице. – Чуть-чуть приврал. – Как зовут девушку? Я уточню, что с ней.

- Правда? – Глаза девчонки буквально искрились. – О, это было бы восхитительно. Я хоть сообщу родителям Майи, что у неё там происходит… Они места себе не находят. – После небольшой паузы она вспомнила, что нужна ещё фамилия. – Афанасьева.

- Но… Не буду прям обещать…

Она начала рыться в карманах своего платья, совершенно не обращая внимания на мои слова.

- Вот номер моего телефона стационарного, позвони, пожалуйста, как появится информация.

Я взял огрызок бумаги, где красовались пять цифр.

- Чего? У меня нет стационарника… Да у кого он вообще есть? В Елльске есть телефонная сеть?

- В старом городе есть, там где я живу. – Ксюша слегка замялась. – Мастерфон у меня остался дома. Кхм… Когда убегаешь, не всегда успеваешь прихватить даже самое важное.

Ничего себе история, сколько ещё интересного мне предстояло бы узнать, если бы сзади не послышался голос старшего по залу, который выкрикнул имя Ксюши. Девочка, резко обернулась, встала, извинилась и побежала дальше работать. Я спокойно доел, заказал ещё несколько стопок водки, но приносила уже не она.

Мне нужно было очистить голову от всего лишнего, бурление мыслей мешало нормально жить, я думал то об одном, то о другом, то о третьем, пятом, десятом… Всё в одну кучу, в итоге черепная коробка зудит, всё смешивается в сплошной пульсирующий поток, концентрация падает, дни летят, даже и не понимаешь, куда двигаешься и зачем. Я вышел покурить и посмотреть на луну, ибо наступила ночь. Наконец-то безоблачная.

Хрустальный диск с лёгким едва различимым белёсым гало, приятно поблёскивал в лужах и черная, зловещая ночь становилась чуточку светлее. Чуть облизывая мокрые кленовые листья, свет устремлялся вниз и пропадал где-то в вязкой почве, напитанной влагой непрекращающихся дождей.

Приглушённый лязг тарелок за стенами «Мостика» внезапно стал звучать ярче, я посмотрел налево и обнаружил там силуэт изящный, хрупкий и слегка тревожный. Это была Ксюша, чья смена, кажется, только что закончилась.

- Ого, уже уходишь, спасибо, что скрасила мой вечер.

Она вздрогнула, явно не ожидая меня тут увидеть, затем устало улыбнулась, подошла и попросила закурить. Я дал ей сигарету, поднёс горящую зажигалку, и она, закрывая крохотный огонёк ладошками, чтобы не погас, затянулась с таким блаженством и наслаждением, будто это была последняя тяга в её жизни. С закрытыми глазами, девушка стояла какое-то время, медленно выдыхая томно струящийся меловый дым. Тот неспешно растворялся в воздухе, влажность была очень высокая.

- Как же я рада, что эти двое суток закончились, ты бы знал…

Мы как будто перескочили несколько стадий сближения и уже находимся на этапе – «хорошие знакомые».

- У меня тоже дежурства впереди, работаю сутки через сутки, иногда сутки через двое. Завтра как раз подрываться в шесть утра.

Ксюша широко улыбнулась? и я разглядел её зубы, оттенка слоновой кости. Мне импонировала естественность этого оттенка, полированные до состояния сверкающей белизны заборы из виниров меня никогда не привлекали. Во всём, что касается женщин, меня привлекала в первую очередь естественность и природная красота.

- Ты дальше будешь сидеть в кафе до закрытия?

Она говорила с небольшой естественной хрипотцой.

- Нет, пора домой.

- Проводи меня, пожалуйста? Мне страшно одной.

Я слегка опешил, но виду не подал.

- Далеко идти?

- На Сафоновскую.

- За городом? Туда минут сорок ходу…

- Я не заставляю…