Читаем Хрусталь полностью

Ежедневно люди ожидали массированного ракетного удара, который должен был накрыть НИП Возрождение-2 полностью и стереть его с лица Земли. Этот слух хоть как-то подтверждался на практике, так как в городе, на полигоне и за их пределами появилось огромное количество мобильных установок ПВО.

Судя по всему, целостность внешнего общего контура реально была нарушена, но вследствие чего, никто из жителей не знал. Поэтому ЛПВО не работало. По крайней мере одинокие прилёты над городом отрабатывались через обычное ПВО и гиперджеты, если те успевали среагировать.

В последние деньки октября здесь разбушевалась настоящая суровая зима, метели, ураганы, погода была настолько дурная, что мне даже выплатили премию за работу в тяжёлых условиях. Когда я говорил с Юрой, он сообщил, что ему тоже накинули сверху.

К первому ноября даже самые стойкие покинули город, так как гнетущая атмосфера надвигающегося кошмара набирала свою плотность и уже казалось, что город обречён. Помимо полного отсутствия информации, добивала ещё и сама погода. Начиная с двадцатых чисел октября не было ни одного солнечного денька. Ко всему прочему начались перебои с электричеством. Никто не знал почему. Горячая вода превратилась в роскошь. Ксюша любила поплескаться в горячей ванной, но теперь, чтобы подобное осуществить приходилось кипятить с десяток чайников. А когда электричество отсутствовало, приходилось мириться с данностью.

Я и сам старался лишний раз в ледяной воде не мыться, хоть и спокойно переносил этот процесс. Ходили слухи, что новые поставки медикаментов в город задерживаются, поэтому лучше беречь здоровье, чем потом разоряться на таблетках, ибо перекупов никто не отменял, ушлые крысы в этом городе сновали без конца, наживаясь на тех, кто остался.

Судьба Чистякова и по сей день оставалась мне неизвестна, так же, как и судьба Пешкова, так же, как и судьба Макса Ана. Связь с Ростиславом была обрывистая и неинформативная, я знал, что у него сейчас ведётся серьёзная деятельность по поддержанию порядка в городе. Несмотря на то, что практически половина жителей уехали, всё ещё оставалась плотная криминальная прослойка, которую нужно было жёстко контролировать, иначе мог начаться хаос.

Наше свидание с Софьей так и не состоялось по понятным причинам. И честно говоря, я к тому моменту уже потерял какой-либо интерес к жизни, двигался фактически по течению, делал то, что говорят и просто чего-то ждал. Как будто мой мозг, моё сознание, моя душа перешли в режим сохранения рассудка, а подобный режим подразумевал исключительно автоматизированную ежедневную деятельность, исключающую любые контакты с людьми. Но один контакт я никак не мог из своей жизни исключить. Это Ксюша. Бедовая, несуразная, неуклюжая, но в трудную минуту собранная и боевая, она наверное единственная, кто оберегал мою флягу от последнего свиста.

За всё это время она научилась хорошо готовить, поэтому я уже не давился сухой пережаркой или несолёным супом, я наслаждался блюдами, дивился её таланту, который так неожиданно раскрылся. Ни единого слова поперёк мне не говорила всё это время, лишь встречала, как приду, помогала снять куртку, обнимала и отправлялась на кухню. Ежели не суетилась на кухне, то сидела под пледом и проглатывала одну книгу за другой, которые находила в моём книжном шкафу. Со связью в городе начались большие проблемы, все виды сетей постоянно падали, поэтому посмотреть фильм или выйти в интернет не представлялось возможным.

Порой, как начнёт рассказывать о своих впечатлениях, так её не заткнуть. Верещит и верещит, вещает и вещает. Час пройдёт, два, четыре, а она всё не замолкает. Пересказывает чуть ли ни каждую строчку книги, настолько у неё хорошая память. Чаще всего я пропускаю это мимо ушей, и она даже не обижается, но иногда включаюсь, обсуждаю, ежели произведение меня тоже зацепило в своё время.

Ксюша была влюблена в меня до беспамятства и видимо выбрала стратегию долгого упорного завоевания моего сердца. Как я ей ни объяснял, что она для меня слишком молода и почти в дочери годится, что бы я ни приводил в качестве аргументации, она покорно кивала, говорила, что всё уяснила, после чего через два дня всё начиналось по новой. Так что я уже перестал бороться, просто плыл по течению.