В этом году Филиппик, вышед из царствующего города, совершает поход к городу Алагде, и, собрав воинов, вопрошает их, охотно ли они идут на войну. Когда же римляне клятвенно {194} уверили его в своей готовности воевать, направляется к Арзабу. Услышав об этом, Кардаган расхохотался, думая, что ему рассказывают какое-нибудь сновидение. И призвав магов спрашивает, за кем будет победа. Эти служители демонов сказали, что персы получат от богов победу. Ликуют по этому случаю персы, утешаясь обещаниям магов; и тотчас же приготовляют ножные колодки из дерева и железа, чтобы забивать в них пленных римлян. Между тем римский воевода заповедывал римлянам щадить труды земледельцев, чтобы правосудие Божье ненавидящее неправду, не отдало победу варварам. При наступлении следующего дня воевода посылает двух сарацинских филархов, и они захватывают живьем нескольких персов, от которых и получается сведение о движениях врагов. Пленники говорили, что в воскресный день варвары хотят напасть на римлян. Филиппик ранним утром разделил войско на три фаланги и пошел навстречу врагу. А сам, взяв богомужный образ, который римляне зовут нерукотворенным, объезжал ряды и укреплял воинов божественною силою. И став позади строя с оным священным оружием в руках, воевода с великими слезами умолял Бога и получал себе споборниками небесные воинства. Когда же началась битва, то Виталиан таксиарх, всех смелее ринувшись вперед, разорвал фалангу персов и захватил обоз. Римляне начали хлопотать уже около военной добычи. Увидав это, Филиппик испугался, как бы и остальные воины, бросившись за добычей, не вышли из строя, а между тем варвары, вернувшись назад, могли бы погубить их; в предупреждение этого Филиппик, надев свой шлем на Феодора Иливина, послал его поражать мечом тех, которые хлопочут около добычи. Видя его и думая, что это сам Филиппик, воины, бросив добычу, возвратились к битве. Битва тянулась уже несколько часов, когда послышался приказ воеводы поражать копьями персидских коней. Когда так и стали делать римляне, то обратилось в бегство персидское войско, и римляне одержали великую победу, и многих убили, да еще и ограбили. На следующий день, собрав свои силы, Кардариг опять вступает в битву. И в другой битве опять побеждают римляне и избиваются многие персы. Взято в плен живых персов 2000 и отослано в Константинополь. Кардариг убежал в Дары, и персы провожали его ругательствами. Между тем Филиппик оставил для наблюдения за варварами Ираклия, (отца Ираклия впоследствии самодержца) бывшего тогда подвоеводою, а воинов, получивших на войне раны, распу-{195}стил для лечения по городам; затем, взяв с собою войско, Филиппик идет в Вавилонию и осаждает крепость Хлонароп. Между тем Кордариг собрал,– вместо воинов,– поселян с подъяремными животными, и имея при себе такую нестройную толпу распускал слух, что идет в поход, и чрез неприступные места в безлунную ночь пробирается в тыл к римлянам, не смея стать с ними лицом к лицу. Филиппик, объятый неуместным страхом, оставил осаду крепости и безрассудно обратился в бегство. Узнав, это римляне бросились бежать, подвергаясь большим опасностям в местах неудобопроходимых. Была к тому же и безлунная ночь. Когда взошло солнце, римляне почувствовали себя освобожденными от беды. И нагнав воеводу, ругали его самыми скверными ругательствами. Но персы, считая бегство римлян притворным, не осмелились преследовать их.– Что же касается до Ираклия, то он, переправившись чрез Тигр, предал огню значительные селения мидийской страны и возвратился к Филиппику с большою военною добычею.

л. м. 6079, р. х. 579.