Читаем Хроники Вандербурга полностью

Единственным обстоятельством, обескуражившим Влада, был пустой и обесточенный холодильник. Хоть маг и отчетливо помнил, что сам отключил его и освободил от содержимого, но организму, порядком ослабленному магическим сеансом, от этого было не легче. В течение получаса в Метуморе ожесточенно боролись зверский аппетит и усталость, оба вызванные потерями магической энергии; в итоге аппетит победил и заставил Влада дойти до ближайшего магазина. Вернее, сперва отыскать «заначку» наличности за одним из шкафов, а затем пойти за продуктами.

Еще Метумора не порадовало содержимое почтового ящика, целиком состоявшее из всевозможных счетов — за воду, электричество, и так далее. Впрочем, особого огорчения они не доставили — Влад был уверен, что вскоре вновь встанет на ноги. Встанет — и со всеми расплатится.

Наспех приготовленный обед не придал Метумору сил, а напротив, разморил его, спровоцировав неведомое ранее чувство сладкой лени. Такой, когда чувствуешь себя расслабленным, всем довольным и не желающим ничего делать.

Влад ничего и не делал — за время пребывания за решеткой он отвык от душевных терзаний по этому поводу. Весь оставшийся день маг провел в сидении на диване, переключении телеканалов, неоднократном выслушивании одних и тех же новостей, а также просмотре какой-то дурацкой вечерней телевикторины. Этот вид зрелища, ранее вызывавший у Метумора смесь презрения с пренебрежением, теперь воспринимался, словно привал и глоток воды на марафонской дистанции. Влад не только не потянулся за пультом, увидев цветастую заставку, но даже смотрел это с интересом. Более того — сам пытался мысленно отвечать на вопросы и что-то отгадывать.

Не стал Метумор и засиживаться допоздна за компьютером или спецлитературой. Предпочел лечь в одиннадцать, словно примерный школьник. И сам не заметил, как провалился в сон, который был слишком ярким и детализированным для видений подобного рода.

Влад снова увидел полупрозрачную пелену, переливающуюся всеми цветами радуги. Закручиваясь на манер воронки и озаряясь вспышками молний, пелена стягивалась к странному сооружению, напоминавшему одновременно фабричный корпус и средневековый замок. Сооружение приближалось, вскоре можно было разглядеть отдельные кирпичи, из которых оно было сложено…

Затем Метумор увидел фабрику-замок изнутри — огромное, скудно освещенное факелами, помещение. Сам он, и еще несколько человек… вернее, женщин, сидели на холодном полу, воздев над головой руки с растопыренными пальцами. Сидели — но не чувствовали этого холода, просто догадывались, что пол, будучи таким твердым, должен быть еще и холодным.

Немного опустив глаза вниз, Влад едва не выразился недобрым и непечатным словом. Даже несмотря на слабенькое освещение, он без труда узнал и проклятую безрукавку, и трижды неладную выпуклость под ней. Затем он невзначай посмотрел на свои руки… и уж тогда-то обомлел по-настоящему. Увиденное не только поразило, но даже привело в священный трепет.

Яркие разноцветные струи магической энергии, зарождаясь в темной пустоте, устремлялись вниз, к его пальцам, оплетали их и проникали внутрь. То же самое происходило и с руками сидящих рядом женщин. Разноцветные блики плясали на их лицах…

Даже на лабораторных занятиях Владу не приходилось видеть ничего подобного. Напротив, именно в университете новичкам от магии давалась установка на «рациональное использование своих возможностей». Причем, отказ от «дешевых спецэффектов» считался одним из краеугольных камней этой «рациональности».

Теперь же, глядя на танец разноцветных магических огней и любуясь ими, Метумор внутренне смеялся над некогда преподанными ему принципами. Пресловутая «рациональность» теперь казалась ему глупостью, примитивизмом и узостью мышления. Отказ от спецэффектов — что за чушь? С тем же успехом можно было отказаться от приправы в еде… или, вообще от всего кулинарного искусства, обходясь бульонными кубиками.

А формулы? Постулаты? Уравнения с тензорами? Какими же сухими и безжизненными они теперь казались Владу! «Ни о чем», как говорил кто-то из его однокурсников… Сила-то — вот она! Только протяни руку — и она проникает внутрь, наполняя тебя, как ручей наполняет подставленный кувшин…

Рывком открыв глаза, Влад тупо уставился в темный потолок своей квартиры. Затем он привстал на кровати и зачем-то оглянулся в сторону окна. Видневшийся в проеме кусок ночного неба озаряли разноцветные вспышки — не магии, всего лишь фейерверка. Это город ликовал, празднуя победу над напавшими на него варварами. Раньше фейерверки пускали лишь по большим праздникам, вроде Нового Года, но в последнее время разноцветные вспышки стали появляться на небе гораздо чаще. По любому поводу — от победы любимой команды, до чьего-нибудь дня рожденья. Так чем хуже маленькая и, слава Свету, победоносная война?

Вот так, сидя на кровати и косясь на вспышки салюта, Метумор попытался осмыслить произошедшее. Точнее, увиденное… во сне, который все же вряд ли был только сном.