Читаем Хроники Вандербурга полностью

— Короче, — перебил Терусян, — ты что-нибудь можешь сделать? Например, найти эту ведьму.

— Попробую, — честно оценил свои силы Влад, — по Сети много чего найти можно. Вот только данных маловато. Возраст, примерно от семидесяти до семидесяти пяти лет — но таких в Вандербурге не одна тысяча.

— Вес? — предположил водитель, — порядка центнера?

— Увы. Вес может и измениться. Чтоб похудеть, четырнадцати лет хватит с лихвой. Что еще? Манеры? Как вы сказали — замашки…

— …графини среди прислуги, — напомнил водитель, — ну, знаете, такие люди любят поучать, делать замечания, демонстрировать свое недовольство по любому поводу.

— Типа, начальство, — догадался Карен.

— Ну, это вы опять загнули, — водитель усмехнулся, — если и начальство, то мелкое. Большие начальники на автобусе не ездят. Либо офисная крыса… низкооплачиваемая, либо бюджетник. Учитель, например. Да, точно, учитель!

— Вы уверены? — спросил Влад, при своих недюжинных магических способностях плохо разбирающийся в людях.

— Ну, до конца уверенным быть нельзя, — изрек водила тоном философа, — но многое сходится. Учителя, особенно пожилые и женского пола, бывают весьма зловредными. И привыкают поучать и командовать — детьми, родителями, коллегами, теми, что помоложе. Но вот финансовое их положение… не знаю, как сейчас, но четырнадцать лет назад…

— А с тех пор ни че не изменилось, — перебил Карен и обратился к однокурснику, — ну как, сократилась область поиска? Еще я запомнил насчет пенсионного удостоверения.

— Ну, это я к параметру «возраст» отношу, — сказал Влад, — что-нибудь еще есть?

— Самое главное, — ответил водитель, — эта тетка работает… или работала где-то вдоль восьмого маршрута. В районе… щас, вспомню… спорткомплекса «Молния», откуда она и села на автобус.

— Знаю я «Молнию»! — оживился Карен, — я туда на бокс ходил.

— Вот, наверное, оттуда, где я тебя подобрал, — предположил водитель.

— Влад, — с умоляющим взглядом обратился к однокурснику Карен, — по-человечески прошу, найди эту ведьму. Я тут пару часов — а уже повеситься готов.

— Сделаю, что смогу, — пообещал Метумор.

* * *

Влад Метумор не любил людей. Это не означало, что он ненавидел и был озлоблен на весь род людской — нет, такого себе, наверное, не позволял даже Повелитель Темных Улиц. Но большинство людей, окружавших юного мага, раздражали его своей, вроде бы очевидной, бессмысленностью, суетливостью, мелочными интересами и столь же ничтожными желаниями. Причем, Влад не делал исключений ни для кого — ни для своих родителей, ни даже для преподов-магов, вроде бы, коллег по цеху.

Весь Вандербург казался Метумору чем-то вроде гигантского муравейника или улья, где каждая особь даже не задумывается о том, что делает, а дело ее со стороны не имеет ни малейшей разумной подоплеки. Так, трата сил и времени. Увы, Владу и его, вроде бы натруженной, голове, оказались недоступны два умозаключения. Во-первых, какой бы ерундой не занимался каждый отдельный муравей, деятельность муравейника в целом, если не разумна, то, по крайней мере, целесообразна. Во-вторых, сам Метумор в масштабе города не особо выделялся на фоне других жителей-особей, а то, чем он занимался, также не имело особого смысла для большинства окружающих.

Если бы Влада Метумора спросили, что ему в этой жизни нравится, кроме заклинаний и магических устройств, он бы ответил не задумываясь, и назвал бы не близких (чисто формально) людей, не материальные ценности (в рамках привычного понимания), и, уж точно, не развлечения, по крайней мере, в традиционном смысле.

Кроме занятий магией, и, собственно, своего магического мастерства, что он взращивал, холил и лелеял с детства, Влад любил… свой компьютер. Персоналку, занимавшую большую часть его рабочего стола. Правильнее, конечно, было бы назвать это отношение взаимопониманием. Ибо в свое время Метумор не мог не заметить аналогию между виртуальным миром и своим занятием.

Магия основана на заклинаниях, а любая операция на компьютере — на процедурах, функциях, командах и параметрах, а в более общем смысле, на кодовых комбинациях. По большому счету — на тех же заклинаниях, отличающиеся только объектом своего действия. Вместо предметов материального мира — файлы и массивы данных.

Настоящим программистом Влад Метумор, конечно, не стал, поскольку не хотел и, как ни странно, не мог. Время было упущено, ибо бездарно поставленное в школе преподавание информатики послужило причиной для помещения этого предмета в категорию «всех остальных». Кроме того, настоящие, с большой буквы, Программисты изучали свое искусство с детства, как и Влад — свое, и о совмещении не могло быть и речи. Всем известно, чем заканчивается погоня за двумя зайцами. Поэтому, до поступления на магфак, Метумор мог разве что включить компьютер без посторонней помощи.