На голливудском тротуаре толпились сотни туристов и продавцов. Пайпер остановился на цементной площади с отпечатками рук, ног и подков, затем вытащил сотовый и позвонил Нэнси.

— Господи, Пайпер! Куда ты пропал?! — сразу же ответила она, будто держала телефон в руках, ожидая его звонка.

— Тяжелый денек выдался, Нэнси. Ты как?

— Волновалась очень. Ты нашел его?

— Да, но не могу тебе сейчас рассказать. Нас прослушивают.

— Ты в безопасности?

— Да. Теперь буду работать под прикрытием.

— Как я могу тебе помочь?

— Дождись меня и… скажи еще раз, что любишь.

— Я люблю тебя.

Поговорив с Нэнси, Пайпер позвонил в справочную, а потом с завидным упорством преодолел все бюрократические пороги и дозвонился до человека, который отделял его от конечной цели.

— Да, это специальный агент ФБР Уилл Пайпер, — решил избежать формальностей Пайпер, сразу перейдя к делу. — Скажите министру ВМС, что я на линии, что утром я общался с Марком Шеклтоном и мне все известно о «Зоне-51». Передайте министру, что у него одна минута, чтобы взять трубку.

8 ЯНВАРЯ 1297 ГОДА

Остров Уайт, Британия

Болдуин — аббат Вектисского монастыря — встал на колени перед священной гробницей и начал молиться. Мемориальная плита лежала на каменном полу между колоннами, отделяющими неф от проходов. От гладких плоских камней веяло холодом. Даже колени немели. Но Болдуин не замечал этого, отключившись от внешнего мира в печальной молитве, обращенной к святому Иосифу — покровителю Вектисского монастыря.

Могила Иосифа стала излюбленным местом для молитв и медитаций внутри Вектисского кафедрального собора — великолепного сооружения с высоким шпилем, построенного на месте старой церкви. На плите из голубого камня, обозначающей место захоронения, было высечено всего несколько слов: «Святой Иосиф, 800 год от Рождества Христова».

За пятьсот лет со смерти Иосифа Вектисский монастырь пережил множество изменений. Границы его владений значительно расширились, захватив прилегающие поля и луга. Теперь монастырь окружала высокая каменная стена с крепостными воротами, защищавшая от французских пиратов, промышлявших на острове и побережье Уэссекса. Кафедральный собор — один из красивейших в Британии — пронзал небо изящной башней. Более тридцати главных зданий, включая монашеские кельи, дом капитула, кухню, трапезную, подвал, кладовую, лазарет, странноприимный дом, скрипторий, пивоварню, дом аббата и конюшни, соединялись друг с другом крытыми переходами. Все монастырские постройки, дворы и сады были построены с умом. Рядом находились огромное кладбище, ферма с мельницей и свинарником. В монастыре жили почти шестьсот человек, поэтому он считался вторым по численности населенным пунктом на острове. Вектисский монастырь стал символом прославления христианства, соперничающим по значимости с Вестминстерским аббатством, Кентерберийским и Солсберийским соборами.

Да и население самого острова увеличилось. Селяне процветали. После захвата Британии Вильгельмом Нормандским в битве при Гастингсе в 1066 году остров перешел к Нормандии и окончательно сбросил цепи скандинавского язычества. Древнеримское название острова — Вектис — постепенно кануло в Лету. Норманны стали называть его Уайт. Вильгельм подарил остров своему другу — Вильяму Фиц-Осберну. Под покровительством Вильгельма Завоевателя и будущих британских монархов остров превратился в богатый, хорошо защищенный бастион, способный противостоять французам. Из Карисбрукского замка, находившегося в центре острова, хозяева Уайта продвигали феодальные порядки, не забывая согласовывать их с монахами Вектисского монастыря — их духовными покровителями и добрыми соседями.

Последним хозяином Уайта — вернее, хозяйкой — была графиня Изабелла де Фортибус. Остров перешел в ее владение в 1262 году после смерти брата. Благодаря богатым землям и морскому налогу простодушная скромница Изабелла вдруг превратилась в самую обеспеченную женщину Британии. Изабелла была одинока, богата и набожна. Именно поэтому Эдгар — предыдущий аббат Вектиса — а позже и Болдуин неизменно опекали графиню и даровали ей самые искренние молитвы и лучшие рукописи. Изабелла не оставалась в долгу — помогала монастырю деньгами и вскоре стала его главной покровительницей.

В 1293 году Болдуина лично призвали к умирающей графине в Карисбрукский замок. Там на пороге смерти она призналась ему слабым голосом, что продала остров королю Эдварду за шесть тысяч марок. Следовательно, Уайт перешел к королевской семье, а Болдуину придется искать другого покровителя. На этих словах графиня умолкла навсегда. Аббат скрепя сердце отпустил ей все грехи.