Читаем Хроники Ехо полностью

– У меня в этом деле корыстный интерес, сэр Гюлли. Порой мне бывает не с кем поболтать по ночам. Все дрыхнут, как распоследние дураки. Составите мне компанию? Впрочем, это не условие. Нет так нет, все равно оставайтесь.

– Но я с удовольствием! – воскликнул призрак. – Конечно, нет лучшего способа коротать досуг, чем чтение. Однако даже самому увлеченному читателю время от времени следует делать перерыв, чтобы побеседовать с другими людьми. Особенно в моем положении. Нет ничего более полезного и поучительного для призрака, чем регулярные беседы с живыми. Помогает не утрачивать представление о реальности, которое, в свою очередь, совершенно необходимо для адекватного восприятия литературы.

– Особенно если учесть, что за книжки тут остались, – проворчал я. – Не хотел бы я оказаться частью реальности, представление о которой они формируют! Впрочем, возможно, вы думаете иначе? Тогда прошу прощения за столь пренебрежительный отзыв.

– Кстати, вы так и не ответили на вопрос, что именно вас интересует, – напомнил Гюлли Ультеой. – Вдруг я смогу помочь. Все-таки я библиотекарь.

Но мне пока было не до чтения.

– Сперва расскажите, почему вы не перебрались в новое здание? Туда же почти все книги перевезли. Возможно, я чего-то не понимаю, а все-таки мне кажется, что в Мохнатом Доме оставили только старый хлам… Нет?

– Что касается зримой части библиотеки, – важно сказал призрак, – вы, конечно, отчасти правы. По крайней мере, я могу понять, почему вы пришли к такому выводу. Издания по большей части не слишком ценные, собрание выглядит бессистемным… Я бы даже сказал, хаотическим, хотя, на мой взгляд, это все же слишком резкое выражение, такими я стараюсь не злоупотреблять.

Надо же, какой деликатный.

– Но зримая часть библиотеки не моя забота, – продолжил он. – Какое мне дело, куда и зачем ее перевезли, когда вся Незримая Библиотека по-прежнему тут.

– Незримая Библиотека?

– Совершенно верно. Когда-то Мохнатый Дом стали использовать как книгохранилище именно ради ее появления. В старину умели пользоваться наследием великих предков. Никогда не думал, что доживу до времен, когда торжествующее невежество возьмет управление ходом вещей в свои руки, и книги будут вывезены из единственного здания в столице, где им гарантирована вечная жизнь… Я, впрочем, и не дожил. Что, к сожалению, не лишило меня возможности при этом присутствовать.

– Похоже, я – истинное дитя эпохи торжествующего невежества, – мрачно сказал я. – Впрочем, мне оно более-менее простительно, все-таки я иностранец. Поэтому не знаю, что такое «Незримая Библиотека». И каким образом книгам может быть дарована вечная жизнь? И почему именно в Мохнатом Доме?

– Ответить на ваш последний вопрос проще всего; все остальное объяснится само собой, по ходу дела. Общеизвестно, что фундамент здания, в котором мы с вами сейчас находимся, был заложен еще при Халле Махуне Мохнатом. Хотя свое имя Мохнатый Дом вопреки популярной в свое время гипотезе все же получил не в его честь…

Я потупился, ощущая себя натуральным двоечником. «Общеизвестно», видите ли.

– …однако мало кто знает, что Его Величество Халла Махун лично принимал участие в закладке фундамента. Обычно он этого не делал, поскольку не был приучен получать наслаждение от строительных работ. И все же Мохнатый Дом стал одним из немногочисленных исключений. Почему – ответ на этот вопрос до сих пор остается открытым. Белиграс Гугландский в своих «Записках о Королях» утверждал, что архитектор был личным другом Его Величества и не постеснялся попросить его заложить несколько камней. А Айонха Одноглазый Мудрец писал, будто Король просто шел мимо строительной площадки, не зная, как скоротать два часа, оставшиеся до назначенного любовного свидания, и ухватился за первую подвернувшуюся возможность занять себя делом. Но веских документальных подтверждений своей версии не предоставляют ни один, ни другой. Все это, однако, важно лишь для историков архитектуры. А для нас с вами имеет значение только факт: Его Величество Халла Махун собственноручно заложил несколько камней, и его поступок навсегда предопределил удивительные свойства всех построек, возводившихся на этом фундаменте.

– А построек было много? – спросил я. Не столько всерьез интересуясь их числом, сколько желая показать, что внимательно слушаю.