Читаем Хроники Амбера полностью

Я покачал головой:

— Ничего не понимаю. Ты добыл корону для матери. Ну так отдай и делай, что собирался.

Люк горько усмехнулся:

— Арканса здесь любили, и меня любят. А вот маму не выносят на дух. Никто не хочет ее королевой. Хуже того, если она вернется, тут-то и впрямь случится перепереворот.

— Ну так уйди в сторону и уступи трон Аркансу.

Люк ударил кулаком в каменную стену.

— Не знаю, на кого она будет злиться больше: на меня или на себя, что заплатила Далту такие деньги. Но она скажет, что это — мой долг. И не знаю, может, и правда… Ты не находишь?

— Трудно сказать, Люк. Кто из вас справится лучше — ты или Арканс?

— Честно — не знаю. У него побольше опыта, но я здесь вырос, знаю, что и как. Однако ясно: что он, что я — лучше, чем мама.

Я скрестил руки на груди и задумался.

— Не мне за тебя решать. А чего бы тебе самому хотелось?

Люк хохотнул:

— Сам знаешь, я по натуре торговец. Если бы я решил что-нибудь сделать для Кашфы, мне бы хотелось представлять нашу промышленность за рубежом, а монарху это негоже. Хотя, возможно, это получилось бы у меня лучше всего.

— Задачка не из простых. Не беру на себя смелость тебе советовать.

— Если б я такое предвидел, пришиб бы Далта еще в Арденах.

— Думаешь, ты мог бы его одолеть?

— А то!

— Ладно, теперь это уже неважно.

Стоявшая перед нами женщина несколько раз оглянулась. Наверное, мы слишком громко говорили в святом месте.

— Плохо, что нет других желающих, — сказал я, понижая голос.

— Из Амбера все это должно представляться мышиной возней.

— Черт, это твой дом Ты имеешь право принимать его всерьез. Я просто жалею, что тебя это так огорчает.

— М-да, большинство неприятностей начинается дома. Иногда меня подмывает уйти и не вернуться.

— А что будет, если ты так и поступишь?

— Либо мать с помощью Далтовых ребятишек вернет себе трон, а я знаю многих, кому это не понравится, — их всех придется казнить; либо она решит, что игра не стоит свеч, и осядет в Цитадели. Если она предпочтет уйти на покой, коалиция, поддержавшая в свое время Арканса, освободит его из тюрьмы, и все пойдет как намечалось.

— И что, по-твоему, более вероятно?

— Она не успокоится, и будет гражданская война. Победит мать или проиграет, усобица не даст нам вступить в Золотое Круг. Кстати о..

— Не знаю, — быстро вставил я. — Я не уполномочен говорить с тобой о договоре.

— Я так и предполагал, — отвечал Люк, — и спросить хотел о другом. Мне просто любопытно, сказал ли кто-нибудь в Амбере: «Все, конец», или «Может, чуть позже мы согласимся вернуться к этому разговору», или «Все по-старому, но прежние гарантии по Эреньору они могут забыть».

Он деланно улыбнулся, я ответил тем же.

— Можешь забыть про Эреньор.

— Так я и думал. А остальное?

— У меня создалось впечатление, что это «Поглядим, как будут развиваться события».

— Все, как я и предполагал. Замолви за меня словечко, даже если никто не будет просить, ладно? Кстати, ведь твой визит сюда неофициальный?

— Личный, — отвечал я, — с дипломатической точки зрения.

Женщина перед нами встала с колен. Люк вздохнул.

— Эх, попасть бы снова в ресторан к Алисе. Может, Болванщик заметил бы что-то такое, что мы упускаем… — Потом: — Эй! Откуда он взялся? Вылитый ты, только…

Люк смотрел поверх моего плеча Я уже чувствовал беспокойство и даже не потрудился вызвать Логрус, потому что был готов ко всему.

Я с улыбкой обернулся.

— Ты готов умереть, брат? — спросил Юрт. Он то ли исхитрился отрастить глаз, то ли вставил искусственный, к тому же отпустил волосы, так что уха его я не видел. Мизинец тоже немного отрос.

— Нет, но убивать готов, — сказал я. — Рад, что ты подвернулся под руку.

Юрт с издевкой поклонился. Его окружал неясный ореол, и я чувствовал бурлящую в нем силу.

— Заглянул в Цитадель еще разок, чтобы долечиться? — спросил я.

— Не вижу такой необходимости. Теперь, когда я владею столь мощными силами, я могу справиться с чем угодно.

— Это Юрт? — спросил Люк.

— Да, это Юрт, — отвечал я.

Юрт быстро взглянул на Люка, задержав взгляд на мече.

— Что это у тебя за колдовской предмет? Дай-ка глянуть!

Он протянул руку. Меч в кулаке у Люка дернулся, но остался на месте.

— Нет уж, извини, — сказал Люк, и Юрт исчез. Через мгновение он возник снова, у Люка за спиной, и мертвой хваткой сдавил его горло. Люк правой взял Юрта за руки, нагнулся и перекинул моего брата через плечо.

Юрт упал навзничь. Люк не двинулся с места.

— Обнажи свой клинок, — сказал Юрт, — и дай мне его увидеть. — Потом по-собачьи встряхнулся и вскочил на ноги. — Ну?

— Чтобы разобраться с таким, как ты, оружие мне ни к чему, — ответил Люк.

Юрт поднял над головой сжатые кулаки, свел их, а когда развел, то правая как-то извлекла из левой длинный клинок.

— Этот фокус надо показывать на базаре, — сказал Люк.

— Обнажи меч!

— Не хочется сражаться в храме. Может, выйдем?

— Умный какой, — отвечал Юрт. — А то я не знаю, что у тебя там войско. Нет уж, спасибо. Мне даже приятно будет залить кровью алтарь Единорога.

— Тебе надо непременно познакомиться с Далтом, — сказал Люк. — У него похожие заскоки. Может, найти тебе коня? Или петуха? Или белых мышей и алюминиевой фольги?