— Тренируйся, — заключила Лея. — Эфирку-то все видят. Вытяни руку на чёрном или белом фоне и двигай ей туда-сюда. Увидишь, как вокруг пальцев двигается свечение. Или за прохожими на фоне асфальта наблюдай. Очень хорошо видно.

— Ни фига себе, — я вытянул руку к потолку и стал смотреть. — А что вы раньше мне о таком не рассказывали?

— Да это эфирка, — махнула рукой Лея. — Я уж и забыла про неё. Толку-то. Всё светится и только. Это же не аура в цвете. Но если ты будешь так смотреть, то, может быть, пробудишь свои способности к видению из прошлого воплощения.

Я вспомнил потоки мертвяков и передёрнул плечами.

— Если это поможет Коляну, то попробую.

— Может, другие воплощения покруче будут! — подбодрила меня Лея. — Телекинез или левитация. Ты только представь!

Она так радостно принялась расписывать перспективы, что я уже почувствовал себя крутым магом.

— Оу! Уже десять! — Лея прервала свои мечтания удивлённым возгласом, взглянув на кухонные часы.

— Что, завтра траблы? — припомнил я.

— Да, траблы с трайблом! На днях едем на фест в Казань. Но если что, я на связи, — Лея посмотрела мне в глаза и стала серьёзной. — Пиши мне о своём состоянии каждый день. Отмечай любые необычные события, мысли, состояния. Тотально отслеживай всё. Договорились?

— Да, — её настрой передался и мне.

Я помог Лее донести пакеты с покупками до ближайшей машины каршеринга. Упихал всё это на заднее сидение.

— Скоро тоже буду ездить, права решил получить, учусь вот, — мне почему-то захотелось поделиться.

— Молодец, блок с манипуры снял. Я так и поняла, что ты из-за него не водил, — улыбнулась Лея. — Давай, пока.

Мы обнялись. Потом она села в машину и укатила. Я некоторое время ещё стоял на улице и вдыхал свежий вечерний воздух, вспоминая её озорную улыбку и искорки в зелёных глазах. Девушка, с которой мне было легко и комфортно, как со старым другом. Наверное, такое же чувство я бы испытывал к сестре, если бы она у меня была.

Глава 29

Слова Леи всё-таки не прошли даром. Я не смог выйти во внешние сны и словил кошмарные внутренние. Этой ночью снился поток из серых стонущих душ. По нему, держась за руки, плыли Колян и Рыжий. А в конце пути их ждала огромная чёрная воронка. Я отправил их туда. Это было известно как данность с самого начала сна. Не было ни грусти, ни сожаления, только осознание, что так надо и ничем тут уже не помочь. Я просто стоял и наблюдал. Казалось, сон длился вечность, застыв на одной безысходной ноте.

Я проснулся и вздохнул с облегчением. Даже не стал по обыкновению припоминать и сразу же записывать, а сразу соскочил с кровати и раздвинул шторы. Но за окном было пасмурно, и тусклый солнечный свет не смог прогнать моё дурное настроение.

Всё утро мне было как-то муторно. Может, дело было в том сне. Или просто ничем не занятый день был настолько непривычен, что вогнал мозг в ступор. Даже возникла мысль поработать, которую я, удивившись, прогнал. Может, дело было в том, что его не с кем было разделить, этот день? Лучше бы пригласил в пятницу Аржану в тир и снова попытался выведать все секреты. А теперь было поздно.

Я скинул фото некроманта на телефон, вдруг он мне встретится по дороге, мандала-то работает, оделся и вышел на улицу, просто чтобы не сидеть в квартире одному.

Дул холодный ветер, люди разбежались с улицы кто куда. Идея пойти помедитировать на лавочке в парке мелькнула в сознании и тут же улетучилась. Я, сам не зная зачем, спустился в метро и поехал в центр.

— Мам, мам, мы пойдём на башенку смотреть, слушать, как большие часики звонят? — канючил ребёнок на соседнем эскалаторе.

Я уставился на них в расфокусе, как учила Лея. Эскалатор движется, фигурки на белом фоне, можно попробовать посмотреть свечение. Эфирку.

— Куранты, — поправила мальчишку усталая женщина под сорок. Она мотнула головой с коротко стрижеными волосами, словно отгоняя какие-то мысли.

— Так мы пойдём? Мам, пойдём? — не отставал ребёнок.

И тут вокруг него появилось свечение. Я точно видел, как оно движется вместе с ним на белом фоне тоннеля. Этакое беловатое нечто, как лёгкая ткань или дрожание воздуха. Мать светилась гораздо слабее. Я пытался сосредоточиться на свечении и не сводил с них глаз. Ребёнок, будто почувствовав внимание, обернулся и тут же заявил:

— Мам, этот дядя на нас плохо смотрит!

Чёрт! Это было как ведро воды на голову. Мать тут же впилась в меня взглядом, как хищный ястреб. От неожиданности я зачем-то улыбнулся ей и, не придумав выхода лучше, побежал вниз по эскалатору.

Уже в вагоне вспомнились слова малыша про куранты. А это мысль. А почему бы и вправду не махнуть на Красную площадь? Сел я по направлению в центр, а тут ехать-то всего ничего и без пересадок до «Охотного ряда».

В центре, несмотря на хмурую и прохладную погоду, сновала куча народу. Туристы фоткали, ряженые приставали к прохожим, парочки гуляли под ручку. Уже на Красной площади ко мне подскочила миниатюрная девушка с шикарной гривой каштановых, прямо как у Катьки, волос.