Читаем Хроники Акаши полностью

Темнота.

— Мяв! — Несколько секунд летели сквозь лес. Я едва успел пригнуть голову, чтобы не получить по ней толстенной веткой.

— Мяв! — Мы оказались в небе, и я понял, что кот явно не собирался пробивать этот мир насквозь. Он заложил широкий круг над лесом и стал заходить на посадку. Среди густых сосен стали заметны маленькие домики — деревня, спрятавшаяся в лесу.

Зверюга приземлилась у крыльца одного из домиков и бесцеремонно тряхнула гривой:

— Слезай, приехали!

Шерсть, за которую я так крепко держался, выскользнула из рук. Я упал и покатился по траве.

Кот снова стал маленьким, ну, чуть крупнее обычного домашнего, и заспешил к дому.

— Ну ты даёшь, котяра, — я посмотрел на узор мандал на руках. — Мы вообще где?

— Место встречи, переходная точка, буферная зона между живыми и теми, кто уйдёт на следующий круг, — пояснил кот. — Пойдём.

Он упёрся лапами в дверь, и та отворилась.

Я вошёл в гостиную нашей дачи. Будто и не улетали никуда!

— Но это же… — начал я.

— Декорации твоего восприятия, — проворчал кот. — И не только твоего.

Я прошёл за ним на кухню и замер на пороге. За столом сидела мама, конечно, молодая и в голубом платье.

И тут же возникло чёткое осознание реальности всего происходящего. Пусть это сон, какой-то уровень сна. Мама точно была настоящей, не спрайтом. Присутствие чужой энергии, пусть родной и мягкой, но не моей. Я точно покинул внутреннее сновидение. И мир вокруг был угловатым и жёстким.

— Что стоишь? Иди! — толкнул меня в спину кот. — Она, между прочим, с тобой поговорить пришла.

Я подошёл к столу и сел напротив.

— Андрюшенька! — мать протянула руки через стол, и я, не веря своим ощущениям, взял её ладони в свои. Тёплые, как живые. Даже больше, такие яркие ощущения, словно меня изнутри наполнило светом и теплом.

— Хватит мацать! — кот забрался мне на плечо и зашипел в ухо. — Ей ещё переход совершать, а она тебе всё отдать готова.

Я поспешил отнять руки, вспомнив почему-то полупрозрачных родственников Коляна. Им бы точно не хватило энергии.

— Прости, сынок, — мама смахнула слезу. — Я не хотела тебя покидать так рано. Но не всегда от нас всё зависит. Я… я…

Она закрыла лицо ладонями, чтобы спрятать слёзы.

— Всё хорошо, мам, и я, и папа очень по тебе скучали, но мы справились! — поспешил объяснить я. — Вот я университет закончил, отец крутую фирму открыл, и у нас семейный бизнес.

— Какой бизнес? Фирму? — мама отняла руки от лица и растерянно посмотрела на меня. — Я же только несколько дней как… Не помню, как это случилось. Кажется, я просто не проснулась, не смогла. Увидела своё тело сверху, ходила среди вас по комнате, на даче. Но вы меня не замечали. Переживали, плакали, вспоминали, но не видели. А потом он меня сюда привёл.

Она указала на кота.

Ничего себе! Значит, она не помнит про Лидуню. Ну и ладно. Не надо ей всего этого знать. Но для неё всё было как вчера!

— Мам, много лет прошло. Мне скоро тридцать уже стукнет, — ответил я.

— Ну каких тридцать, ты же вон, мелкий совсем, Андрейка! — удивилась мама.

Кот мявкнул, привлекая внимание, и спрыгнул с моего плеча на пол:

— Ты видишь мать молодой, как её запомнил. А вы видите его ребёнком. Здесь пересекаются миры, время и пространство. Для вас прошло несколько дней, для него — пара десятков лет.

— Ты жив, Андрюша?! — обеспокоилась мама. — Как ты оказался здесь?

— Да, всё в порядке, — поспешил ответить я. — Я сплю. Попал сюда во сне.

— Жив он. Иначе не сидел бы по ту сторону стола, — подтвердил кот в ответ на тревожный взгляд матери. — Я его сюда привёл попрощаться.

— Жаль, я не могу увидеть, какой ты стал взрослый, — покачала головой мама.

— Ну, я совсем большой теперь, сто восемьдесят роста, волосы стали совсем чёрные, как у отца. А глаза твои остались, голубые, — попытался описать я.

— А отец как? — в глазах матери промелькнула тревога.

— Поседел, но всё ещё бодрячком. Фирму организовал, деньжищами ворочает, — ответил я, твёрдо решив ничего не рассказывать про Лидуню. — Видела бы ты, какая у нас квартира в центре! Наша старая двушка не сравнится.

— Вы вместе живёте? А он… — мама замялась, — двадцать лет прошло же…

— Мам, папа тебя очень любит, — ответил я. — Мы всё время тебя вспоминаем. И когда я диплом получил, приходили к тебе на… могилку. Делились.

Я чуть не закрыл себе рот рукой. Господи, ну что за бред? Что я несу! Передо мной она как живой человек, а я про могилу.

— А я знаю откуда-то! — удивлённо улыбнулась мама. — Ты Бауманку закончил. И девушка у тебя Катя. И хорошие друзья.

— Так и я приходил к тебе на могилу и там с тобой говорил, — подхватил я. — Совсем недавно. Но время как-то иначе устроено, чем мы думаем. Ты всё слышала, хотя для тебя прошло несколько дней, а для меня много лет. Но я тогда чувствовал, что мои слова доходят.

— Сынок, — губы матери дрогнули, и она снова чуть не заплакала. — Я бы так хотела разделить с тобой все эти моменты. Увидеть тебя на выпускном, поздравить с получением диплома. С девушкой твоей познакомиться. Прости, что всего этого у тебя не было. Что не смогла тебе дать.

Она не выдержала и снова закрыла лицо руками.