Читаем Хроника русофобии полностью

Но вернемся к тому, кто остановил Костюшко. Федор Ильич Лысенко и его полк в момент резни русских находились как раз в Варшаве. Вырваться получилось со стрельбой, потеряв ранеными и убитыми почти 200 человек, в том числе командира полка, а также все полковое имущество – обоз, канцелярию и казну[78]. Сам гусар был ранен пулей в правую ногу. Спустя полгода, в сентябре 1794 года, у местечка Мацеевице отряд русских войск нанес сокрушительное поражение повстанческой армии. Именно в этом бою Федор Лысенко, получивший за храбрость офицерский чин корнета, поймал убегавшего после поражения своей армии Тадеуша Костюшко. Что с главой мятежа сделал «кровавый царский режим»? Четвертовал? Повесил? Может, в Сибирь сослал? При Екатерине II глава мятежников посидел в тюрьме, а затем ее сын, император Павел Петрович, его помиловал. Костюшко уехал в США, потом вернулся и до самой своей смерти жил в Европе без каких-либо проблем.

Сын Павла и внук Екатерины, новый русский император Александр I объявил амнистию всем участникам восстания Костюшко. Скажем сразу, что ни к чему хорошему это в итоге не привело.

Ненависти со стороны России нет. Ее не было никогда. Не путайте ненависть и ярость, жажду мщения за подло или зверски убитых товарищей. Во время штурма предместья Варшавы – Праги – погибли и мирные жители. Но это произошло оттого, что, плохо зная Суворова, руководители мятежников думали, что он не решится на штурм. Ведь суворовские войска не имели численного преимущества! Но, как известно, Александру Васильевичу численное превосходство не было нужно никогда. Даже неприступный Измаил, турецкая крепость, а сегодня город в государстве Украина, был взят Суворовым с меньшим числом солдат, чем ее защищало.

Суворов сделал все, чтобы потери мирного населения были минимальны. Полки, которые во время резни русских находились в Варшаве и, потеряв товарищей, едва оттуда вырвались, он в Варшаву не взял. Они остались в Праге, которая была взята на штыках и ярости к вероломным убийцам. Далее началась обычная русская история – поверженный враг уже для русского и не враг, а человек. Шесть тысяч попавших в плен мятежников были просто отпущены, никого не резали, не вешали. На этом первый польский мятеж против России и закончился.

Но наш рассказ о нем будет неполон, если мы не укажем одну из существенных причин поражения восстания под предводительством Костюшко. Не только гений Суворова и храбрость его чудо-богатырей сыграли свою роль, но и… агитация восставших панов. Заправилами всех польских мятежей была шляхта, польское дворянство. Они предлагали своим крестьянам «вернуть все как было». А «как было» означало 5–6 дней барщины вместо 3–4 дней, как в России. «Как было» означало возможность безнаказанно для дворянина убить смерда вместо запрета на такое убийство. Крестьяне вязали и сдавали войскам Суворова своих мятежных панов именно потому, что разница в крепостном праве Польши и России была столь существенна, что возврата туда никто из простолюдинов не хотел.

Нельзя не упомянуть и об особой роли «оккупанта» Суворова, которого в Польше, по понятным причинам, не любят. Дочь великого полководца, его любимица Наталья, была фрейлиной императрицы Екатерины II. Сохранилась масса записочек генералиссимуса к ней. Все они, написанные из Польши, начинались одинаковыми словами: «Милая Суворочка! Прими сего пана и помоги ему…» Далее подробно излагалась просьба ясновельможного шляхтича…

Стоит обратить внимание на «избирательность» борьбы поляков «за свободу». Напомню, что в результате трех последовательных разделов Польша как государство перестала существовать. Часть территории Речи Посполитой отошла к России, часть к Австрии, часть к Пруссии. Однако восстания «за свободу» поднимали только против русских, несмотря на то что в Австро-Венгрии и Пруссии полякам жилось несравнимо хуже и они были там в полном смысле слова людьми второго сорта. Откуда же такая избирательность?

Почему во время польских мятежей в соседних областях Пруссии и Австрии все было относительно спокойно? Потому, что к восстаниям поляков подстрекали из-за границы. За каждым обострением русско-польских отношений стояли внешние силы, всегда готовые ослаблять Россию «чужими руками».

Второй польский мятеж против России начался в Варшаве в ночь с 17 на 18 (с 29 на 30) ноября 1830 года. Это и было то самое восстание, в самом начале которого польские офицеры пожертвовали жизнью, но не изменили своей присяге монарху. Офицеров, что сохранили верность русскому царю, мятежники закололи штыками, затем их тела фактически растерзала толпа. Именно этим офицерам и был поставлен обелиск на Саксонской площади Варшавы, уничтоженный сразу после падения самодержавия в России.